— Я не люблю называть это колонией, — сказал Куэй. — И если иногда у меня появляется возможность сделать благое дело… что ж, я лишь благодарю Бога за это. Но я не верю в то, что человека можно исправить. Мне кажется, что людям нужно просто позволить заниматься тем, что им нравится. Например, я убежден, что ещё не родился на свете такой человек, который не любил бы землю! Видишь поля вокруг их домов? У каждого по сорок акров! А если приглядишься получше, то заметишь, что у каждого возле дома имеется фруктовый сад. Груши, сливы, абрикосы, персики, чернослив… А какие здесь растут яблоки! Таких не сыщешь больше нигде в Орегоне, уж можешь мне поверить! В общем, как я уже сказал, у каждого имеется свой сад, несколько акров пастбищ, небольшой виноградник и немного пахотной земли — акров двадцать пять, где он может выращивать что-нибудь по своему усмотрению.

— Вот здорово! — завистливо вздохнул юноша. — Вот это жизнь!

— Плюс к этому они получают весь необходимый хозинвентарь и дом; кроме того, в течение всего первого года, чтобы немного облегчить им жизнь, я обеспечиваю их продуктами; семена для своих наделов они также получают совершенно бесплатно. Кроме того, каждый месяц я выплачиваю им жалованье.

— Постойте-ка, — озадаченно проговорил юноша. — И во что это вам обходится? Это же все, наверное, стоит уйму денег?

— Совсем нет. Я остаюсь не в накладе. Конечно, дома и инструменты — удовольствие не из дешевых, но зато потом эти люди начинают обеспечивать себя сами, и это дает большую экономию! Кроме того, мне доставляет огромную радость видеть, как они обзаводятся семьями, как налаживается их жизнь. К тому же уход за садом не отнимает у них много времени. Мы делаем все вместе

— например, собираем фрукты, подрезаем деревья и так далее. Затем работы закончены, и каждый успевает убрать свой урожай всего за неделю! Так что времени у них хватает и на то, чтобы приглядеть и за моим стадом.

— И чтобы поработать вон на тех полях?

— Нет-нет. Я не могу беззастенчиво эксплуатировать таких замечательных парней и требовать от них, чтобы они вкалывали ещё и на моем поле. Для этой цели я нанимаю китайцев. Они сдержаны, и с ними никаких забот.

— Но послушайте, — сказал Фэнтом, — неужели вы хотите сказать, что в каждом из этих домишек живет по бандиту?

— Ни в коем случае! — возразил Куэй. — Я никогда не скажу такого! Потому что убежден, что в этой долине живут исключительно порядочные граждане!

Он снова тихонько рассмеялся, но Фэнтому показалось, что, должно быть, это замечание имело под собой некий скрытый смысл, постичь который ему было ещё не дано.

— Здесь живут люди, решившие порвать с прошлым и начать жизнь с чистого листа, — продолжал Куэй, довольно потирая руки и все так же странно посмеиваясь. — Например, вон тот дом у ручья, тот, где во дворе растут два дерева…

— Вижу.

— Джо Порсон живет там с женой. Замечательная девушка, просто ангел!

— Впервые слышу это имя.

— Он отсидел одиннадцать лет в тюрьме за перестрелку в Техасе. Это был уже десятый покойник на его счету, и судья посчитал, что Джо следует отдохнуть за решеткой.

Куэй снова засмеялся, и Фэнтому опять сделалось немного не по себе.