«Скоро начнется завтрак, господин», — сказала она.

Адон не обратил на нее никакого внимания. Она подошла к нему и тронула за плечо. Она едва успела отпрыгнуть, когда он повернулся, желая нанести смертоносный удар. Поняв, что это была всего лишь горничная, он замер. Нина посмотрела в лицо жреца, затем почтительно отвернулась.

Для раненого сердца Адона, этот жест был хуже чем любой удар.

«Оставь меня», — сказал он, затем приготовился к завтраку.

Келемвор в это время стоял на другом конце коридора и слышал как жрец отпустил Нину. Внутренние шрамы Адона еще долго не заживут, подумал воин, поворачиваясь, чтобы постучать в дверь Турбанда.

«Завтрак уже почти готов», — сказал Келемвор, когда Турбанд наконец открыл дверь.

«Меня уже известили», — сказал лысый человек. «Ты можешь идти».

Келемвор прошел мимо воина и закрыл за собой дверь. «Мы должны поговорить… о тебе и твоих людях».

«Люди погибли», — сказал Турбанд и сел на кровать. «Таковы причуды войны». Турбанд бросил свой меч в дальний конец комнаты и посмотрел на Келемвора. «Я ухожу, Кел. Вогт и Исаак уходят со мной».

«Да, я ожидал этого».

Турбанд погладил свою лысину. «Я вернусь в Арабель и расскажу Мирмин Лхал о том, что видел. Я уверен, что она снимет обвинения».

«Обвинения? Я думал, что мы нужны всего лишь для допроса!»

Турбанд вздрогнул. «Я не хотел тревожить тебя», — сказал он. «Возможно я должен просто сказать ей, что вы мертвы. Ты предпочитаешь это?»

«Делай что хочешь. Но я пришел к тебе не за этим». Келемвор посмотрел на меч Турбанда, валяющийся в углу комнаты. «Ты винишь себя за то, что случилось в Паучьем Лесу».

«Это не важно, Кел. Все кончено. Кровь всего моего отряда на моих руках. Разве сможешь ты смыть ее своими утешительными словами?» Турбанд встал, прошелся к углу и поднял свой меч. «С таким же успехом я мог убить их собственными руками». Лысый человек равнодушно махнул мечом в воздухе, словно прогоняя прочь свои мысли. «К тому же», — тихо добавил он, — «На моей совести не только их смерть. И ты знаешь это».

Келемвор промолчал.

Лицо Турбанда исказила боль. «Я все еще вижу лица тех людей, которые умерли вместо меня — вместо нас, много лет назад, Кел. Я все еще слышу их крики». Турбанд замолчал и посмотрел на Келемвора. «А ты?»

«Иногда», — сказал Келемвор. «Мы выбрали жизнь, Турбанд, и это еще тяжелее, чем смерть. Но то, что случилось с нашими друзьями не имеет никакого отношения к Отряду Рассвета. Отряд не имел выбора, кроме как последовать за нами в лес. Если бы они остались на равнине, они бы все погибли, так и не получив шанса сражаться за свои жизни».

Турбанд отвернулся от Келемвора. «Почему тебя так занимает этот вопрос?»

Келемвор прислонился к двери и вздохнул. «Девочка — почти такая же как и Джиллиан — это она отправила нас в это путешествие. Ее звали Кайтлан».

Турбанд повернулся, чтобы посмотреть на Келемвора, но воин смотрел в пустоту, вновь переживая смерть Кайтлан.

«Она настояла на том, чтобы пойти с нами, и она погибла, хотя я должен был защищать ее».

«И ты чувствуешь, что это твоя вина», — сказал Турбанд.

Келмвор глубоко вздохнул.