Келмвор глубоко вздохнул. «Я лишь подумал, что тебе захочется поговорить о твоем отряде».

«Джиллиан», — спустя мгновение произнес Турбанд. «Она выглядела слишком молодой, чтобы отправляться на поиски приключений, ведь так?»

Келемвор покачал головой. «Я видел на дороге и более молодых».

Турбанд закрыл глаза. «Она была полна энтузиазма. Ее юность… вернула мне часть моей молодости. Я желал… нет, я нуждался в том, чтобы она была рядом со мной. Я был уверен, что смогу защитить ее».

В комнате наступило долгое молчание — оба воина думали о своих товарищах, некоторые из которых погибли давно, некоторые всего несколько дней назад. «Она сама решила пойти с тобой», — наконец произнес Келмвор и повернулся, чтобы уйти.

«А я решил, что покину Шедоудейл, прежде стану мертвецом», — тихо произнес Турбанд. «К полудню меня уже здесь не будет».

Келемвор покинул комнату, не произнеся больше ни слова.

Хавскгард улыбнулся и удивленно покачал головой. «Что ты имеешь в виду говоря, что „это не самое лучшее время“? Я привел этих людей к башне Эльминстера не для того, чтобы им отказали».

«Мне очень жаль. Вы можете вернуться позже. Эльминстер проводит эксперимент. Ты же знаешь как легко разозлить его, если оторвать в подобное время. Теперь я думаю вам лучше уйти, если конечно вы не хотите превратиться в слепней, или во что-нибудь еще похуже».

Лхаэо попытался захлопнуть дверь, но этому внезапно что-то помешало. Хавскгард вздрогнул, когда тяжелая дверь нажала на его ногу с огромной силой, которой у писца Эльминстера и в помине быть не могло. Очередная магия мудреца, — подумал он, затем слегка отодвинул дверь.

«Эй, послушай», — сказал Хавскгард, когда рядом с ним появился Келемвор и помог подтолкнуть дверь. «Пойми, у меня есть господин. Если у меня есть господин, тогда и у тебя есть господин. А если у нас есть господа, тогда…»

Внезапно дверь распахнулась, и Лхаэо отошел в сторону. Хавскгард и Келемвор кубарем ввалились в комнату и сгрудились у ног писца.

«Тьфу, да пусти ты их, лишь бы он только не начинал эту свою слезливую историю с самого начала!» — крикнул знакомый голос.

При звуке голоса Эльминстера, Миднайт испытала смесь радости и благоговейного страха. Затем она услышала неторопливую поступь по ступеням расшатанной лестницы. И вот наконец у основания лестницы появился седобородый мудрец, который сразу же уставился на Миднайт. Он сощурился, словно не веря своим глазам.

«Что? Опять ты! Я думал, что видел тебя на каменной равнине в последний раз!» — сказал Эльминстер. «Морнгрим сказал, что меня должен посетить кто-то с очень важным сообщением. Это должно быть ты?»

Сайрик помог Келемвору подняться на ноги. Адон стоял сзади и просто наблюдал.

Миднайт сдержала себя в руках и не стала выплескивать свою злость, чтобы не испортить встречу. «Я несу последние слова Мистры, Богини Магии, как и ее символ веры».

Эльминстер нахмурился. «Почему ты не рассказала мне этого во время нашей первой встречи?»

«Я пыталась!» — крикнула Миднайт.

«Очевидно не достаточно настойчиво», — сказал Эльминстер, повернувшись и жестом приглашая ее следовать за ним. «Я думаю, пока ты будешь делиться со мной своей жизненно важной информацией, нам стоит оставить эту шумную ватагу с Лхаэо. Как считаешь?»

Миднайт глубоко вздохнула. «Думаю, что нет», — сказала она. «Они видели то же, что и я, и даже больше».

Мудрец задрал голву кверху и стал взбираться по лестнице. «Прекрасно», — сказал он.