Когда Миднайт попыталась поднять Келемвора, чтобы тот сменил ее на посту, воин игриво похлопал ее и попытался затащить к себе в постель. «Выполни свой долг», — сказала она ему и он встал широко разведя руки в стороны. Затем обернулся, и усмехнувшись пошел прочь, прежде чем успел сказать что-нибудь, что могло заставить Миднайт превратить его в камень на месте.

Незадолго до рассвета Келемвор проголодался. Вьючные лошади паслись неподалеку, и он решил не дожидаться утренней трапезы. Покинув костер, он направился к лошадям и припасам. Даже в слабом предрассветном свете он увидел, что лошади были мертвы. За вьючными лошадями, жеребцы Сайрика и Адона лежали на боку, их била сильная дрожь.

Келемвор криками подозвал остальных. Сайрик достал факел, запалив его от лагерного костра. Поискав, они так и не смогли найти причины падения животных. На телах лошадей не было никаких признаков насилия, которые говорили бы о нападении диких хищников.

Герои, проверив свою провизию, обнаружили, что их еда стала полностью непригодной для употребления. Мясо покрылось зелеными, пузырящимися наростами. Из фруктов вылезали странные, черные насекомые. Хлеб зачерствел и покрылся плесенью. Мед и эль испарились в воздух. Лишь вода, взятая из водоема у колоннады рядом с Замком Килгрейв сохранила свою первозданную свежесть.

Келемвор обыскал сумки, в которых находилось их золото и сокровища, и издал яростный крик, обнаружив на их месте лишь желтый и черный пепел. Арфа из Миф Драннора сгнила, и когда Миднайт попыталась взять ее, та распалась на части. Она открыла сумку, в которой раньше лежали бриллианты. Теперь там была лишь пыль. Чародейка взяла ее, чтобы использовать как компонент при произнесении заклинаний.

«Нет», — тихо сказал Келемвор, отодвигаясь от руки Миднайт, попытавшейся утешить его. Он бросил на нее злой взгляд. «Теперь все что у нас есть — лишь твое жалкое дело!»

«Кел, не …»

«Все было напрасно!» — закричал он, отворачиваясь от чародейки.

Адон вышел вперед. «Что будем есть?»

Келемвор посмотрел через плечо. Его глаза и рот внезапно показались необычно яркими, словно они поймали отблеск первых лучей восходящего солнца. Его кожа стала темнее. «Я найду что-нибудь», — сказал Келемвор. «Я позабочусь о нас всех». Сайрик предложил помощь, но Келемвор лишь отмахнулся от него, направляясь в сторону гор. «Возьми хотя бы лук!» — крикнул Сайрик, но Келемвор проигнорировал его, превращаясь в темное пятно на фоне затененного предгорья.

«Боги дают, боги забирают», — философски сказал Адон, пожав плечами.

Сайрик издал короткий горький смешок. «Твои боги…»

Миднайт подняла руку, и Сайрик так и не закончил своего высказывания. «Возьмите со своих лошадей все, что вам может понадобиться», — сказала чародейка. «Затем мы должны помочь им провести их последние часы в спокойствии».

«Мы ничего не можем сделать?» — сказал Адон, искренне сочувствуя мучающимся животным.

«Есть кое-что», — сказал Сайрик, обнажая клинок.

Миднайт измученно выдохнула и согласно кивнула. Сайрик предложил Миднайт и Адону отойти в сторону и не смотреть на умирающих лошадей, но они решили остаться и успокоить животных, пока Сайрик милосердно оканчивал их муки.

Прошли часы, а Келемвор так и не вернулся. Наконец, Адон вызвался отправиться на поиски воина.