Джин опустила голову, ей не хотелось, чтобы мисс Аврора увидела слезы в ее глазах, и открыла дверь.

— Как ты узнала, что это я?

— По твоим духам. Я ждала тебя. Я видела, как ты загнала машину в гараж.

Место, где проживала мисс Аврора было таким же, как и всегда — два больших пухлых кресла стояли у длинного окна, полки с фотографиями детей и уже повзрослевших были все там же, мини-кухня, была настолько маленькой и безупречно сияла чистотой, несмотря на то, что женщина была известным профессиональным шеф-поваром. Джин никогда не была в ее спальне и ванной комнате, у нее ни разу не возникало мысли попросить разрешения увидеть их.

В конце концов, Джин подняла на нее глаза. Мисс Аврора сидела в своем кресле, так же как и всегда, указывая ей на свободное, напротив нее.

— Присядь.

Джин молча подошла к креслу и присела, она не смела ослушаться. Она тут же пригладила юбку на коленях, вспомнив, как сделала тоже самое, когда встречалась с Самюэлем Ти. в саду.

— Аннулируй брак, — резко произнесла мисс Аврора. — И ты должна сделать это немедленно. Я христианка, но скажу тебе прямо, что ты вышла замуж за плохого человека. Опять ты сначала делаешь, потом думаешь. Ты не непослушная и не плохая, даже когда совершаешь ошибки, и твоя версия свободы — не выход с помощью бунта из-под чьего-либо контроля, твой выбор не в этом.

Джин должна была рассмеяться.

— Ты знаешь, за сегодняшний вечер ты уже второй человек, который говорит мне аннулировать брать, тем самым разрывая меня на части.

— Ну, скорее всего это потому, что Господь хочет, чтобы ты дважды услышала его послание.

Джин размышляла над ее словами, по поводу своего бунтарства и то, что она теряет контроль. Вспоминая бои с Ричардом у себя в спальне буквально прошлой ночью, когда она собиралась запустить в него лампой из японского фарфора «Имари».

— Мое настроение меняется очень быстро за последнее время.

— Это потому, что ты увязаешь ногами в песке. Ты не догадываешься, чего стоишь, и от чего кружиться у тебя голова.

Опустив подбородок на руки, она покачала головой.

— Не знаю, сколько еще я смогу вытерпеть.

Во время поездки из семинарии, она колебалась между сильными эмоциями, которые были настолько ясные в результате разговора с Самюэлем Ти… и сильном желанием опять вернуться к своей мании высчитывать и рассчитывать, старому способу решать все проблемы, как она привыкла делать всю свою жизнь.

— Нет ничего, что нельзя аннулировать и изменить, — сказала мисс Аврора. — И твоя настоящая семья не оставит тебя, даже несмотря на то, что в данный момент нет денег.

Джин подумала о поместье, в котором они сейчас находились.

— Из меня так и не получилось нормальной матери.

— А ты и не пробовала.

— Слишком поздно уже что-то начинать.

— Если бы я так рассуждала, когда появилась в этот доме и познакомилась с вами четырьмя, где бы вы все были сейчас?

Джин вспомнила те вечера, когда они впятером, все вместе ужинали на этой кухне. Несмотря на армию нянь, которая прошла через них, в основном потому, что они не сдавались няням, устраивая всякие козни и пытки, она и братья не складывали свое оружие, мисс Аврора была единственным человеком, кто добился их расположения, ее и братьев.

Джин пробежала глазами по фотографиям, стоявших на полках, и ее глаза снова увлажнились, как только она увидела свои… она указала на фотографию, где была еще маленькой с косичками.

— Это было по дороге в летний лагерь.

— Тебе было десять.

— Я ненавидела тамошнюю еду.

— Знаю.