Следующая её мысль была неуютной: «Они наверняка оставили здесь следящие устройства». Сколько у неё было времени, прежде чем они начнут выбивать дверь? «Теперь они могут уже даже не потрудиться послать солдат. Потери среди гражданского населения их, похоже, не волнуют. Могут просто сбросить атомную бомбу на весь чёртов город». Предупреждения её отца всё ещё были свежи в её памяти.

Надо было уходить.

Расширив свои чувства до предела, она убедилась, что её перт всё ещё был припаркован на отведённом для него крытом месте снаружи. Предполагая, что они ничего оттуда не забрали, её походное снаряжение всё ещё должно быть там. Взять сам перт было заманчивым вариантом, но он наверняка был оснащён устройством для отслеживания его перемещений — к тому же, отнести туда Мэттью будет чрезвычайно трудно.

Телепортация, конечно, была одним из вариантов, но Керэн всё ещё ощущала себя опустошённой — она не была уверена, сколько ещё раз она сможет это проделать. Она снова осмотрела Мэттью. Он прямо таки светился в её магическом взоре. Во время их отчаянной битвы он щедро черпал силу Дэскаса — настолько, что глядеть на него её новыми чувствами было почти больно. Несмотря на шок от того, что его вырубило, он всё ещё сохранял зачерпнутую энергию. Керэн пожалела, что у неё нет никакого способа позаимствовать эту силу — у неё было слишком мало опыта, чтобы знать, было ли это вообще возможным.

— Начни с самого важного, Керэн, — сказала она себе. Закрыв глаза, она вообразила свою квартиру такой, какой та была до обыска. Она позволила своей памяти ходить из одной комнаты в другую, думая о том, что там находилось, какие полезные в будущем вещи она могла забрать.

— Зубная паста, мыло, одеяла… одежда! Определённо одежда! — Она так долго носила заёмные вещи, что одна лишь мысль о её собственной одежде была как глоток холодной воды в жаркий день. — Боже, да!

Керэн встала, и взяла свой рюкзак. Она прошла в гардероб, и начала собирать прежде висевшую там одежду с пола, куда её покидали. Поскольку времени было мало, она просто комкала всё, и пихала в свой рюкзак. Затем она начала хватать свои носки и бельё с пола рядом с комодом, и их тоже туда добавила.

Дальше она запихнула внутрь скомканное постельное бельё и подушки, прежде чем отправиться в ванную, и выгрести оттуда всё, что вообще могло понадобиться. Косметика — почему нет? Очищающий крем для лица — точно! Она сгребла в рюкзак всё, что стояло на полке, а затем опустошила и шкафчик с медикаментами.

На кухне она забрала все столовые приборы, какие только смогла найти — вилки, ножи, ложки, миски, и даже несколько кастрюль и сковородок. Она заметила на полу консервный нож.

— Да, чёрт побери! — сказала она, пихая его в рюкзак. Это напомнило ей ещё о кое-чём важном. Игнорируя холодильник, она стала открывать шкафы, и тащить с полок консервы. Тунец, бобы, суп… она даже взяла овощи, которые игнорировала последние пару лет.

— Боже мой, — воскликнула она, заметив пачку печенек. Она добавила их, а также коробку крекеров и несколько коробок хлопьев. — Я не могу взять молоко, — посетовала она, — но ебись оно всё конём — без кукурузных палочек я не останусь.

Закончив на кухне, она снова обошла квартиру. В гостиной она поглядела на пульт от телевизора. Конечно, он будет совершенно ей бесполезен, но она взяла его просто назло:

— Если кто-то хочет смотреть мой телек, пусть идёт нахуй, — сказала она вслух, хотя и не смогла себя заставить разбить сам телевизор.