— Ты хочешь сказать, существует враг?

— Ты сказал, что ощущал присутствие, когда перемещался между мирами, будто ты был частью более крупного разума, верно? — спросил Гэри.

— Определённо, — согласился Мэттью.

— И этот разум хотел, чтобы ты распространял «свет», твой эйсар, на эти тёмные миры.

Он кивнул:

— Угу.

— Тогда ты или, быть может, все маги, являетесь в некотором роде агентами этого высшего интеллекта, — заключила машина. — И обратное тоже наверняка верно. Что бы ни позволяло вашему «типу» реальности стать нормой повсюду, эта сила также должна иметь своих агентов. Наверное, она одновременно меняет некоторые миры назад к своему предпочитаемому типу.

Мэттью одарил его циничным взглядом:

— Ты начинаешь говорить довольно мистические вещи.

Гэри кивнул:

— А ведь это так, не правда ли? Вообще, в этом есть некая ирония. Вот он я, в землях магии и тайн, и именно я, машина, постулирую о существовании богов и дьяволов, чтобы объяснить наблюдаемую реальность. А ведь это вам полагается быть религиозными, не мне.

Молодой волшебник засмеялся:

— Многие люди религиозны, но когда вырастаешь с отцом, известным как «убийца богов», религия начинает казаться немного глупой. Папа сказал мне, что испытал немаленький шок, когда наконец решил, что боги, с которыми он вырос, на самом деле богами не были. С моей точки зрения, я предпочитаю рассматривать этих новых агентов, которых ты вообразил, с такого же рода скептицизмом. Я не утверждают, что их не существует, но чем бы они ни были, они — не боги, а всего лишь более могущественные игроки. Вопрос — в масштабе, точно так же, как эта война между нано-масштабными машинами твоего мира и магией планковского масштаба из моего мира. Даже если эти твои супер-умные агенты существуют, есть вероятность, что существует и нечто крупнее их, двигающее их по игровой доске.

Однако хватит этого, — сказал Мэттью, надеясь перенаправить их разговор. — Ты сказал, что у тебя были какие-то мысли насчёт моего проекта.

— Это — вопрос масштабов, — сказал Гэри. — Эти руны, вот здесь… — Он указал на схему. — Эти числа задают размерность создаваемого тобой карманного измерения, верно?

— Угу, — согласился Мэттью.

— Тогда, если ты их поменяешь, то сможешь менять размер этого карманного измерения, — продолжил общискин.

— Естественно.

— Тогда тебе повезло, что ты выбрал именно этот размер, иначе ты мог бы уничтожить замок, Уошбрук, и, возможно, даже значительную часть окружающей местности, — закончил Гэри.

Это зацепило его внимание. Мэттью подался вперёд:

— Как?

— Ты уже узнал об атомном оружии в моём мире, и как его использовали против Ши'Хар. Будучи невежественным в области физики, ты мог этого и не осознавать, но если ты сделаешь размер измерения достаточно маленьким, то спровоцируешь ядерный синтез, даже если туда попадёт лишь маленький объём материи. Любая реакция термоядерного синтеза создаст массивный взрыв, когда энергия будет выпущена, — сказал Гэри.

Мэтт был ошарашен, но ему сразу же пришла в голову одна мысль:

— А что если я выставлю здесь ноль?

— Это уменьшит внутренние размеры до неопределённой сингулярности — то, что в терминологии моего мира называют чёрной дырой.