Лейла протягивает ему руку. В ней зажата визитная карточка. Мужчина поднимает, извиняясь, стаканчики с кофе.

— Я Лейла Гюльташлы, фрилансер, маркетинговый консультант. У меня встреча с Яшаром Джейланом из «Джейлан-Бесарани».

— А что вам надо от Яшара?

— Он хочет, чтобы я подготовила бизнес-план расширения компании. Привлечение капитала, белые рыцари, венчурные компании и все такое.

— Венчурные компании. — Он с шумом втягивает в себя воздух. — Понимаете, меня пугают все эти разговоры про деньги.

— Не так страшно, если знаешь, что с этим делать.

Несмотря на объяснения тетушки Кевсер, Лейла так и не поняла, кем ей приходится Яшар, но он был милым и вежливым, когда она позвонила; без типичного для гиков эгоцентризма.

— Фенербахче, да, поняла.

Далековато, пять разных видов транспорта. Если повезет, то на дорогу уйдет полтора часа. Нет, скажем, три. Она снова приняла душ под дорогой водой, отгладила печальные складки на своем костюме для собеседований и вышла с большим запасом.

— Нанотехнологии.

— Типа того.

Нанотехнологии или даже «типа того». Что она знает об этом? Да что вообще хоть кто-то знает по-настоящему о нанотехнологиях, кроме того, что это новая модная тенденция, которая обещает изменить мир так же радикально, как информационные технологии поколение назад. Никакой специальной подготовки, кроме хорошо отутюженного костюма и непреодолимой веры в собственные способности. Это настолько далеко от Демре, насколько возможно.

— Отсек двести двадцать девять. — Парень машет кофейными стаканчиками и проходит вслед за девушкой в безымянный однокомнатный офис. — Яшар, это Лейла Гюльташлы. Она наш маркетинговый консультант.

— Ах да, рад встрече!

Лейла пытается подавить румянец смущения, пока пожимает руку молодому парню, который вскочил из-за стола прямо у стены. У Яшара Джейлана слишком длинные волосы, слишком толстый живот и густая растительность на лице, но у него яркие глаза, он выдерживает взгляд Лейлы и сердечно пожимает ей руку. Обмен информацией, рука к руке, визитка к визитке.

— Как я понимаю, вы уже познакомились с Асо, моим деловым партнером.

— Деловой партнер, разумеется, мне стоило бы догадаться, тетушка Кевсер ничего не сказала мне, партнер, ну, ну… конечно же, — мямлит она, как деревенщина.

— А это Зелиха.

Четвертая в крошечном кабинете — это девушка около тридцати, почти потерявшаяся за грудами инвойсов и всяких бумажек, которыми завален маленький стол. Она хмурится, глядя на Лейлу, — судя по всему, расстроена, — а потом прячет лицо за одним из кофейных стаканчиков. Два стола, три стула, шкаф, на котором стоит принтер, ряд модных уродливых фигурок «Урбантой» на подоконнике за спиной Яшара. Они вчетвером втиснуты в комнатушку, словно дольки апельсина.

— Так чем вы тут занимаетесь?

Яшар и Асо переглядываются.

— Программируемой нуклеиновой биоинформатикой.

— О'кей, — говорит Лейла Гюльташлы. — Может быть, самое время сообщить, что я понятия не имею, что это такое.

— Ну да, и ты вовсе не настоящий маркетинговый консультант, — говорит Яшар. — Прости. Тетя Кевсер мне рассказала.

Зелиха хихикает над кофе.

— Но ты нам все равно нужна, — быстро добавляет Асо. — Мы так же мало знаем о маркетинге, как ты — о программируемой нуклеиновой биоинформатике.

— За исключением того, что если мне придется рекламировать ее, то мне стоит хотя бы в общих чертах иметь представление, что это.