– Это одна из слуг Пентри, – сказала девушка, очевидно, узнав зеленую ливрею. Ее голос звучал озадаченно. Отлично, у нее и Веспир было что-то общее. Веспир прижала ладони и лоб к земле. – Где Антония?

– Простите меня, миледи. Я была призвана вместо нее. – Веспир сглотнула. Ее горло пересохло и ужасно болело. – Но это все ошибка.

– Сегодня было совершено много ошибок, – проворчал парень. Он подошел ближе. – Все в порядке. Давай я помогу тебе встать.

Веспир осмелилась поднять свой взгляд на них. Лицо девушки, та часть, которую можно было разглядеть за волосами, не выражало изумления. Юноша прищурился. Что Веспир себе позволяла, смотря в лица знати? Она вздрогнула и, встав на ноги, склонила голову.

– Если бы я могла встретиться с кем-то… Мне нужно поговорить… Это неправильно. – Кое-как объяснившись, Веспир пробормотала извинения, а затем кинулась прочь вдоль бассейна к бронзовой двери. Ее бедра ныли, но она не обращала внимания на боль. Даже когда мир угрожал рассыпаться на части, она заставляла себя двигаться вперед.

Все, что ей нужно сделать, – это появиться с драконьим пометом на одежде и грязью, запекшейся на ее дешевых кожаных ботинках, и жрецы или кто-то еще поймут, что была совершена ошибка. Они отправят ее домой.

У тебя больше нет дома. Веспир чуть не затормозила. Пентри убьют ее, стоит ей показаться еще раз, а родителей с братьями и сестрами она не видела вот уже пять лет. Насколько ей было известно, они были мертвы.

Не сейчас. Внутри храма было прохладно. Полы были выложены кремовым мрамором с золотыми прожилками, настолько отполированным, что Веспир обнаружила перевернутую версию себя, смотрящую назад, как будто ее душа была поймана в ловушку в мире под ее ногами. Ее колени заныли при одной мысли о том, сколько часов работы понадобилось, чтобы добиться такого блеска.

Веспир прошлась по всему зданию, пока не наткнулась на пару больших деревянных дверей. Двое ребятишек в коричневых мантиях, похоже, все они были здесь детьми, ждали с обеих сторон. Веспир потянулась, чтобы открыть дверь, но они молча преградили ей путь.

– Мне нужно кое с кем поговорить, – голос Веспир сорвался.

– Их Светлости встретятся с вами в свое время, – сказала девушка, стоявшая слева. Ее голос звучал отстраненно и даже немного скучающе.

– Их Светлости? Кто это? – Веспир было плевать, что ее голос стал громче. Эти дети в коричневых одеждах, должно быть, такие же слуги, как и она. Ничего страшного, если она покричит.

– Верховный жрец и жрица. – Девушка презрительно скривила губы. – Но вы наверняка знали об этом?

Веспир слышала этот тон в голосах знати миллион раз. Изумление перед невежеством крестьян, насмешка над их серьезностью, раздражение от незнания чего-то столь очевидного.

Но она не позволит этим… кем бы они ни были… обращаться с собой, как с мусором. Что-то щелкнуло в ее сознании. Веспир рванулась вперед, толкая двери.

– Стой! – девушка закричала, пытаясь оттолкнуть Веспир. Веспир колотила руками по дереву, крича любому, кто мог ее услышать.

– Мне нужно с кем-то поговорить! Пожалуйста! Произошла ошибка! – выкрикнула она.

А затем она не могла пошевелиться.

Она не могла даже моргнуть. Ни звука не сорвалось с ее застывших губ. Ее кулаки остались поднятыми над головой; она не могла опустить их. Она все еще могла думать и дышать, но в остальном оказалась в ловушке. Пленница в собственном теле.

Что со мной происходит?

– Ты ее поймала? – спросил мальчик в коричневой мантии слева от Веспир.