Рассматриваю свою шею в зеркало, и на ней нет никаких следов. Ничего нет. Кожа чистая без пятен крови или же шрамов. Хотя мы не оставляем следов, но всё же. Мне нужно хотя бы какое-то доказательство того, что я не выдумала себе Томáса и то, что он вампир. Я уже в этом не уверена. Слова Томáса довольно правдивы по хронологии, я могла отключиться и увидеть сон. Такое тоже уже было. Мой свитер мог порваться и промокнуть. Но так же и Томáс может быть вампиром, и всё это ложь, которую он придумал, чтобы сохранить всё в тайне.

Быстро приняв душ, выхожу из комнаты, проверяя, все ли вещи лежат в моём рюкзаке. Да, всё на месте. У меня фальшивые документы, там не моя настоящая фамилия. Так что Томáс, даже если и изучил мои вещи, то вряд ли нашёл что-то увлекательное. Если всё, что вчера случилось, было правдой, то я должна буду всё рассказать о себе Томáсу. Он следующий после меня. Хотя, может быть, Томáс даже имеет право свергнуть меня. Я не знаю, сколько ему лет, но он чистокровный. А у нас иерархия, и она намного сильнее родственных связей. Только чистокровные правят вампирами, Стан же слабее Томáса. И если Томáс поймёт, что может обрести власть, или его убедят в том, что он обязан это сделать, то Стан и его отец будут мертвы, как и весь Совет.

Спустившись вниз, я нахожу Стана, сидящим на диване возле телевизора, по которому идёт какой-то фильм.

— Ты в порядке? — интересуюсь я.

— Ага. А ты? — отвечает он и даже не смотрит на меня.

Что с ним такое?

— Я тоже. Вернусь быстро.

— Окей. По пути купи себе что-нибудь поесть или поешь где-нибудь, я не буду больше сжигать кухню.

Постояв ещё пару минут и понаблюдав за безразличием Стана, выхожу на улицу. Так, это тоже плохо. Со Станом и его внезапным игнорированием меня я разберусь позже. Сначала надо узнать всё у Томáса.

Когда я подъезжаю к церкви, то здесь полно машин и людей. Ну, по крайней мере, ни у кого такой драмы, как у меня, не произошло. Вхожу в церковь и здороваюсь наобум со всеми, пробираясь в сторону кабинета Томáса.

— Мисс Флорина, как мы рады вас видеть сегодня, — преграждая мне путь, широко улыбается та женщина, которой я передала чек.

— Я тоже рада быть здесь, но мне нужно увидеть пастора перед чтениями. Это очень важно для меня. Он там?

— Да-да, пастор там. Он готовится. Мы начинаем через десять минут. Вам занять место в первом ряду?

— Конечно. Спасибо.

Быстро прохожу мимо неё и юркаю в небольшой коридор. Кусая губу, я останавливаюсь у двери пастора и слышу оттуда голоса. Точнее, один голос — женский.

— Томáс, мне так стыдно. Я не могу даже выйти туда. Я ужасная христианка. Ужасная. Я сошла с ума от ревности и ударила тебя. Мне так жаль.

Какого чёрта?

Мне бы остаться здесь, но моя кровь вскипает от ярости. Я резко распахиваю дверь и вхожу в кабинет. Джули. Ну конечно.

— Простите, что помешала вам, но мне сообщили, что вы свободны, пастор, — сухо произношу, злобно глядя на притворно всхлипывающую Джули. Она, чёрт возьми, в обтягивающем платье и чулках. Она воняет, как шлюха. И она шлюха.

— Мы заняты, — рявкает она на меня.

— Это вряд ли. Вас искал ваш муж. Он не понимает, куда вы делись, мэм. Поэтому советую поскорее найти своего мужа, пока он не подумал чего-то неправильного, — произношу, нагло ухмыльнувшись отчаянному страху в глазах Джули, отхожу в сторону и пропускаю её, как пулю, вылетевшую отсюда.

— Серьёзно, Томáс? — Вскинув голову, я в ярости смотрю на него, спокойно сидящего на краю стола. Я закрываю дверь на ключ и поворачиваюсь. — Ты в своём уме? Ты же не трахаешь её, правда?

Он молчит.