– Но Норман задал три вопроса. Это должно считаться, – замечает Радимил.

– Да!

– Коронуй его!

– Остался всего один вопрос!

– Да!

Я закатываю глаза и киваю.

– Что ж, я согласна на один вопрос, и его задам я, – резко перебиваю шум в зале. Томас поворачивается ко мне.

– Скажи, Томас, готов ли ты отречься от своего прошлого? Отречься от своей семьи и своих родителей? Отречься от своего имени? Отречься от прошлых обид и зла, которое терзает тебя?

– Это нечестный вопрос! – возмущается Радимил.

Я вскидываю руку, затыкая его.

– Отнюдь. Чтобы править и быть королём всех вампиров, а это два разных клана, два различных уровня жизни и взгляда на этот мир, нужно забыть прошлое, иначе это приведёт к очередной войне. Если Томас и дальше продолжит травить мой клан, то вампиры возмутятся и поднимут бунт. Если Томас отдаст предпочтение своему клану, то я вряд ли буду молчать. Поэтому я задаю разумный вопрос, который обеспечит всем вампирам этого мира защиту, спокойствие и процветание.

– Ты права, – кивает Томас. – Это разумный вопрос. И я отрекаюсь. Отрекаюсь от прошлого, чтобы принять будущее. Отрекаюсь от боли, которую причинила мне твоя семья, чтобы она не туманила мой разум. Отрекаюсь от мести твоему клану, чтобы мы жили в мире. Отрекаюсь от учений моих отца и матери, чтобы найти ответы самому.

Все принимают ответ Томаса одобрительно, и мне ничего другого не остаётся, как перейти к главной части, как бы я этого ни хотела.

– Подойди сюда и встань на колени, Томас Догар, – приказываю я, показывая на место напротив себя.

Томас делает то, что я сказала.

Поднимаю корону с трона, и мои пальцы покалывает, моё существо внутри ликует от восторга, хотя я лично его не разделяю. Я видела эту корону на отце. Он обожал и боготворил её. И однажды он бросил ею в меня. Она тяжёлая с острыми гранями. Корона разорвала мою кожу. Отец просто психанул, потому что я отсутствовала на каком то очередном балу в честь чего то там. Он так разозлился, а я попалась под его горячую руку, и он швырнул в меня короной.

Воспоминание об этом внезапно появляется в моей голове, и я испытываю отвращение ко всему, что меня окружает. Ненавижу эту власть. Она уничтожает всё хорошее, имеющееся внутри нас. Но я держу корону над головой Томаса и должна дойти до конца.

– Томас Догар, клянёшься ли ты защищать свой клан ценой собственной жизни?

– Клянусь.

– Клянёшься ли ты быть справедливым и честным правителем?

– Клянусь.

– Клянёшься ли ты следовать правилам мироздания и не нарушать их?

– Клянусь.

– Клянёшься ли ты править двумя кланами без личных предпочтений?

– Клянусь?

– Берёшь ли ты ответственность за жизнь каждого существа, который преклонит колени перед тобой и попросит защиты у тебя?

– Беру.

– Берёшь ли ты ответственность за все свои поступки и действия, которые собираешься совершить в будущем?

– Беру.

– Берёшь ли ты ответственность за судьбу всего клана, как и мою?

– Беру.

– На этом я заканчиваю свои вопросы и нарекаю тебя, Томас Догар, королём всех вампиров, королём Монтеану, – произношу я и опускаю корону на голову Томаса.

Шум, гул и аплодисменты сразу же взрываются вокруг.

– Да здравствует король!

– Да здравствует Томас!

Томас, улыбаясь, поднимается и вскидывает руку.

– Мы ещё не закончили, – произносит он, поднявшись на пьедестал. Я беру вторую корону и присаживаюсь, передав её Томасу.

– Я нарекаю тебя своей королевой, Флорина Русо Монтеану. Я нарекаю тебя своей женой перед короной и нашими кланами.