Фэнни бросилась к нему, обняла:

— Ну что ты. мальчик, что ты? Это уже прошло, успокойся, миленький. Успокойся. Ты это уже пережил, что ты….

Суанатуфа медленно поднялся со своего места, подошел к Сими, встряхнул его, показал на свой шрам.

Сими испуганно сжался, Фэнни уже собралась защищать его, но Суанатуфа произнес:

— Суанатуфа знает, о чем рассказывал Сими. Суанатуфа простил Сими.

Единственный человек, на которого рассказ Сими не произвел впечатления, был мистер Роуз.

— Слушай, парень, а кто ж все-таки победил в этой войне? — спросил он,

— На войне не бывает победителей! — заорал Сими.

— Запомни, белый человек, — сказал Суанатуфа. После войны остаются только убитые и раненые. Те, кто живые, — тоже раненые. Так говорит Суанатуфа. Но белый человек не поймет его.

— Такие, как ты! — Сими смотрел на Роуза, сжав зубы, и казалось, вот-вот бросится на него. — Такие, как ты, будут считать, что победил Лаупепе…

— А как же Матаафа? — только и выдохнул Туситала.

— Жив. Скрывается.

Мистер Роуз радостно потер руки.

— Короче говоря, если отбросить всякие сентиментальные штуки, все оказалось точно так, как я и предсказывал: Лаупепе стал владыкой, а мы — хозяевами. И теперь, слава богу, я могу покинуть этот сумасшедший дом с чистой совестью.

— Вот это вам вряд ли удастся, — улыбнулся со своего места Генри. — Кстати, предупреждаю: если мы когда-нибудь встретимся, любая тропинка окажется для нас узкой, а стреляю я достаточно хорошо, чтобы попасть даже в такое маленькое сердце, как ваше.

— Уже и на вас подействовала эта психушка под названием Ваилима? А вы мне показались человеком рассудительным. — Мистер Роуз был совершенно серьезен. — Что ж, угрозы я запомню. Позвольте мне забрать свое оружие.

— Еще не всех напугали? — вопросом ответил Туситала.

Роуз вскочил со своего места и ткнулся в дверь. Толкнул ее, потянул на себя, снова толкнул — дверь не открывалась. Он дергал ее, бился — дверь оставалась неприступной. Все с удивлением наблюдали за этой странной дуэлью человека с дверью. Наконец Туситала подошел к двери и, легко толкнув, распахнул ее.

Роуз хотел что-то сказать на прощание, но не нашел слов. На лестнице раздались его быстрые шаги, и Ваилима навсегда избавилась от самого неприятного своего посетителя.

Где он ходит теперь?

…Когда Фаума и Суанатуфа остались вдвоем, Фаума спросила:

— А ты теперь опять будешь молчать? Ну и хорошо. Я уже привыкла.

— Суанатуфа жил плохо, — ответил Суанатуфа. — Ему не с кем было разговаривать. Туситала понял его. У Суанатуфы есть мечта: поговорить с Туситалой.

— А со мной? — Фаума ужасно испугалась своего женского вопроса. — Нет, если хочешь, молчи. Давай молчать вместе, Суанатуфа. Ведь самое главное и так понятно, правда?

Суанатуфа обнял Фауму, они поднялись и пошли в сад. На пороге их настигли звуки флейты. Туситала играл печальную мелодию, но, слушая ее, не хотелось грустить — хотелось думать о хорошем и светлом.

Пройдет много лет, а Суанатуфа и Фаума никогда не забудут эти минуты. И через десятки лет им будет казаться, что именно в эти безмолвные мгновения они сказали друг другу самые главные слова.

Глава двенадцатая

в которой Туситала уходит за Сильвером, но наша история не кончается

Фэнни без стука ворвалась в кабинет Туситалы.

— Что случилось? — испуганно спросил он.

Фэнни тяжело опустилась на диван…

Если бы выражение это не было столь затасканным, я бы непременно написал: «улыбка озарила ее лицо», ибо так оно в действительности и было.