— Все не так просто, — печально произнес Куин, его лицо сразу как-то постарело. — Я думал, что вернусь лет через пять, и каждую ночь молился, чтобы, когда мы встретимся, Джулия по-прежнему любила меня. Но обстоятельства сложились так, что я уже не мог уехать. Это привело бы к провалу многих агентов, — он поймал вопросительный взгляд Кетлин. — Конечно, реально никто не смог бы удержать меня, но в моих руках оказались судьбы других людей. Я не мог поступить иначе. Кроме того, существовала опасность, что меня просто бы «убрали», настолько все было серьезно. Жизни Джулии тоже угрожала бы опасность и, как теперь выяснилось, твоей, Кетлин. По этой причине я не мог даже связаться с твоей мамой, узнать о ней. И только недавно обнаружил, что у меня есть дочь.

— Вы, действительно, не знали обо мне? — спросила Кетлин.

— Нет. Если бы я знал… — Куин тяжело вздохнул и замолчал.

— А теперь вы свободны от своей работы?

— О да, — поспешно сказал он. — Я уже в отставке.

Наконец-то Кетлин получила ответы на все свои вопросы, но легче от этого не стало. Она ощутила лишь пустоту и уныние.

— Скажите, вы понимаете, что наделали?

Куин ответил не сразу.

— Да, Кетлин, я понимаю. Но как бы мне хотелось, чтобы на моем месте оказался кто-то другой!

Он помолчал. В наступившей тишине был слышен только шум прибоя и крики чаек.

— Я могу попросить тебя об одном одолжении? — спросил Куин, когда понял, что Кетлин больше ничего не скажет. — Мне бы хотелось еще немного побыть здесь, чтобы мы с Джулией могли заново узнать друг друга.

— Этого хочет мать?

— Я надеюсь, что она согласится на мое предложение.

— Мне кажется, она хочет этого.

— А ты, Кетлин? Или ты думаешь, что я прошу слишком много, стремясь лучше узнать тебя?

— Да, — ответила Кетлин после долгой паузы. — Слишком много. Я выросла без отца и не думаю, что ваше внезапное появление что-то изменит в моей жизни. У вас своя дорога, а у меня — своя. И не нужно ничего пытаться изменить.

Поздно ночью Нико открыл дверь в комнату Кетлин. Девушка лежала на кровати и просматривала папку с корреспонденцией. На ней была короткая желто-зеленая шелковая сорочка, которая едва доходила до середины бедер и открывала длинные стройные ноги. Кетлин казалась спокойной, очень красивой и… недоступной.

— Что ты читаешь? — Нико недовольно поморщился от резкости своих слов. Он собирался спросить совсем о другом: что она делает в этой комнате, почему не находится в его спальне, в его кровати? Но не решился, потому что боялся услышать ответ.

Как только Нико вошел в комнату, Кетлин охватила дрожь, но она постаралась как можно спокойнее отложить в сторону письма и одернуть сорочку.

— Это из журнала «Интерьер». Они собираются написать очерк о Суонси и хотят взять у меня интервью.

— Ты согласишься?

— Может быть, — Кетлин бросила на Нико быстрый взгляд из-под густых темных ресниц. Неожиданно до нее дошло, что уже два часа ночи, а на нем — черные джинсы и черный свитер. — Ты был на острове, да?

— Да.

Она резко села.

— Ты что, с ума сошел? Сегодня же полнолуние!

— Поэтому я и отправился туда. Я решил, что на острове все будет спокойно, и оказался прав.

— Все равно, ты не должен был ездить! Как тебе удалось попасть туда?

— На лодочной станции было три исправные моторные лодки, я взял одну из них.