Изменить размер шрифта - +

– Проливы. А вы в каких отношениях с представителями СССР в Испании.

– В отношениях. Да я знать никого не знаю. Был Мерецков, так он уехал, а Штерна не видел ни разу.

– Плохо. Тут такая задумка родилась. Мы, ну, вы, корабль передаёте Испанцам, а они через пару месяцев продают его за небольшие деньги СССР, Все документы будут оформлены. Турки уже не придерутся.

– Спорный вопрос. Насчёт турок не знаю, но есть ещё итальянцы. Мы передадим пленных в международный «Красный Крест», а они через год всё одно попадут в Италию. И что тогда?

– А ничего. Мы честно купили не эсминец, а крейсер «Halcón espectador» у законного правительства Испании. А где они его взяли нам без разницы.

– Заманчиво. Хорошо, при первой возможности я с нашими начальниками переговорю … Стоп. Сергей Васильевич, а при чём тут я? Кто из нас моряк? Давайте-ка вы сами всем займитесь. Я считаю, что это будет правильно.

– Нет, так нельзя ведь это ваши …

– И даже не спорте, мне чужой славы не надо. Это вы руководили боем в бухте Пальмы, все цацки и подзатыльники вам. Убеждайте Штерна. Вы моряк и больше аргументов найдёте.

– Так за такой бой, как минимум, Героя Советского Союза присвоят.

– Не, товарищ капитан третьего ранга. Вы руководили. Вам и награды. А мы свои заработаем.

На этом разговор и закончился. И вот, когда приспичило, Брехт о «Зорком Соколе» вспомнил. Вызвал по рации нашего представителя в Барселоне и узнал, что корабль стоит на рейде, гоняет итальянцев и немцев. Договорились, что на него загрузят оружие и боеприпасы, продовольствие и доставят до Сарагосы.

– А вы её возьмёте? – задали интересующий всю Испания, да и всю Европу вопрос. С придыханием. Жаль по рации не услышать.

– Херня вопрос. Тремя тысячами взять полумиллионный город. Задание для школьников, – пошутил.

На том конце радиоволны шутки не поняли. Обещал взять – возьмёт. И корабль отправили. И вот злой, как сто чертей, Макаров кулаком приветствует с борта пока испанского крейсера «Halcón espectador». Потом расскажет, что так-то река Эбро судоходная условно. Вот только весной и только до Сарагосы. К тому же река извилистая. Мелей полна. А у эсминца осадка три метра. Еле-еле пробились. Так ещё ведь и назад к морю спускаться.

 

Глава 24

 

Событие шестьдесят седьмое

Бегут Петька с Василием Ивановичем в атаку. Петька кричит:

– Василий Иванович! Вам штаны пулей сбило!

– Хер с ними Петька!

– Дык и я про то же.

Операцию решили назвать «Барбаросса». И Фридрих I Гогенштауфен, который был сыном Фридриха II Одноглазого, не имел к этому никакого отношения. Для названия этого неординарного имелось две причины: первая – отобрать у Гитлера название операции по вторжению всей Европы в СССР, пусть будет не такое запоминающееся и красивое. Вторая причина сейчас сидела перед Брехтом и остальными руководителями Интербригад, которым нужно было взять на штык столицу Арагона – Сарагосу. Причина была со стильной шкиперской бородкой, аккуратно подстриженной и в целом даже красивой, Брехт сразу себе решил такую завести и сфотографироваться в военно-морском итальянском мундире. Будет потом не только, что внукам рассказывать, но и показывать. «А это дедулька ваш Сарагосу взял на копьё».

Есть заковыка. Нужно найти фотоателье, где делают цветное фото. Всё дело в шкиперской бородке сидевшего перед интербригадовцами моряка – она, как и у сына Фридриха Одноглазого, была ярко-рыжего цвета. При этом волосы такой краснотой не блистали, ну, блондин, хоть и с небольшой рыжинкой. А борода чуть не красная, с яркими синими глазами смотрелось впечатляюще.

Быстрый переход