— А это где?

— Красноярский край, центральный сибирский природный заповедник.

— Ох, ё-маё! Да туда только на самолёте лететь. У меня денег таких нет. Тут надо миллионером быть, чтобы по Сибири путешествовать!

— Не переживай. На дорогу я тебе подкину денег. Тут надо от зла мир защитить, а он всё о деньгах думает! Так что в начале сентября бери отпуск и лети Красноярск. На всё про всё тебе ста тысяч хватит. Я был у Матвея пару лет года назад, так что знаю, о чём говорю.

— Ну, — вздохнул Звягинцев, — раз надо, то полетим, учитель.

— Вот и славно. Всё! Тренировка окончена, можешь собираться.

* * *

Легко сказать о том, что полетишь в Красноярск. Купить билеты на самолёт оказалось самым простым. Сложности начались в офисе управляющей компании «Центр-край». Звягинцев яростно доказывал Оксане Дыдиной, что у него накопилось больше шестидесяти дней отпуска: только за этот год сорок два дня и за прошедший двадцать один.

— Да пойми ты, — наседала на него Оксана, — не отпущу я тебя на полтора месяца! Скоро запуск отопления, работать кто будет? Максимум три недели, и то с конца августа.

— Оксан, мне позарез нужны полтора месяца! Мне срочно нужно лететь в Красноярск к родственнику. Боюсь, что больше его не увижу, если не полечу. От самого Красноярска одна только дорога займет пару недель.

— Кончай лапшу мне на уши вешать! Звягинцев, не бывает в России таких мест, до которых пришлось бы добираться пару недель. Даже до Владивостока на поездке ехать пять суток.

— Так ведь то на поезде. А мне в тайгу нужно. Знаешь ли, я не дочь Рокфеллера, чтобы летать на вертолёте. Придётся своим ходом добираться.

— Нет, Стас! Нет-нет-нет! Месяц максимум, и ни дня больше! С первого сентября вместе со школьным звонком уйдёшь и первого октября как штык на работе, — Дыдина протянула ему листок с ручкой. — Пиши.

— Напомни текст.

— Боже! — закатила она глаза.

— Давай без этого. Оксан, это ты с бумажками работаешь, а я не помню уже когда в последний раз в отпуск ходил.

— Прошу вас предоставить мне очередной отпуск с первого сентября. И когда там на смену тебе? Ага! Второго октября. В связи с семейными обстоятельствами. Дату, роспись.

— Спасибо, — принялся он заполнять бланк.

— Небось, наследство делить летишь? — заблестели любопытством глаза Дыдиной.

— Да нет, живой он, — принялся на ходу импровизировать Звягинцев. — Хочу повидаться напоследок. Дед уже старый, боюсь, что зиму не протянет.

— Ладно. Иди работай. Уже и так час здесь сидишь, а работа стоит.

Довольный Станислав вышел из конторы. Сев в рабочую четвёрку, он с приклеенной к лицу улыбкой сказал напарникам:

— Всё подписала! На целый месяц пойду.

— В лесу что-то сдохло? — поинтересовался сварщик. — Стесняюсь спросить, ты Дыдиной отлизал что ли?!

— Ну вот, — не стал злословить Юра. — Хоть где-то справедливость есть. А то взяли моду давать отпуск по две недели, а дни за вредность вообще не используются, так и копятся. Тебе, считай, повезло. И летом две недели отгулял, и в сентябре на месяц пойдёшь. Проставляться когда будешь?

— Через смену. Как раз отпускные получу и проставлюсь.

Тут у бугра зазвонил рабочий телефон. Из динамика раздался голос диспетчера:

— Мира двадцать три, квартира одиннадцать. Течь трубы ХВС.

— Да, Марин. Поняли, выезжаем.

Юра отключился.