БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!

Грохот выстрелов звучал оглушающе в закрытом помещении. Эхо усиливало звук, от которого начинали болеть уши. Комната заполнилась запахом сгоревшего пороха.

Щёлк, щёлк, щёлк! — продолжал он давить на спусковой крючок, но кончились патроны.

Латинос испуганно выпучил зенки. Ни одна пуля не причинил вреда их гостю. Все они валялись на полу ангара у его ног.

— Господи Иисусе! — рукоятью пистолета перекрестился Матео.

— Это всё? — хищная ухмылка зазмеилась на лице Фиксова. — Теперь я!

Пока все застыли в шоке от увиденного, Степан создал троих голых дублей.

— Убейте всех, кроме главного!

— А-А-А-А-А! Демон!

Мексиканцы начали стрелять в двойников из всего оружия, которое у них имелось. Какофония выстрелов била по ушам сильнее прежнего.

Степан решил не испытывать пределы возможностей своего амулета — упал на пол и откатился в угол. К тому моменту все дубли были развеяны, но он создавал новых. Потом ещё, и ещё, и ещё. И так до тех пор, пока у паникующих латиносов не закончились патроны.

На полу лежал долговязый и истекал кровью. Его задело шальной пулей. Из шеи, пульсируя, брызгала кровь.

Фиксов снова создал дублей.

— Убейте их!

Один из латиносов пытался открыть дверь. Двойник схватил с пола пистолет и набросился на него. Он с остервенением начал наносить удары по голове рукояткой пистолета. Двое других набросились на оставшуюся парочку мексиканцев, которые застыли в ужасе.

— Эль Дьябло! Эль Дьябло! — один из них упал на колени, зарыдал и принялся креститься. — Не трогайте меня!

Матео спрятался за столом.

Злой как сто тысяч чертей Степан поднялся с пола и резким ударом берца выбил зубы парню, который стоял на коленях и молил о пощаде. Тот отлетел, упал на спину и завыл от боли. Фиксов со всей силы ещё раз вмазал ему ногой по лицу. И ещё раз. Его голова в очередной раз дёрнулась, тело обмякло, и он затих.

Оставшийся в живых бандит, с ужасом смотря на него, встал в стойку какого-то боевого искусства.

— Сдохни, эль Дьябло! — бросился он на Степана.

Его перехватили два дубля и повалили на пол.

Степан подошёл к трупу долговязого, забрал у него свой нож и медленно направился в сторону мексиканца, который дёргался в путах пары двойников.

— Ха-ха-ха! Я бог, сын антихриста, и я несу людям знамение о судном дне! — склонился над ним парень.

В глазах латиноса поселился непередаваемый ужас. Его волосы начали моментально седеть, а на штанах образовалось мокрое пятно. Сверкнула сталь в руках «бога». Нож чиркнул по горлу. Из раны брызнула алая жидкость. Мексиканец захрипел и начал биться в конвульсиях.

— Тащите сюда жирную тварь! — разогнулся Фиксов. На его губах застыла кровожадная ухмылка.

Двойники проворно отодвинули стол и вытащили в середину комнаты Матео. Его тело сотрясало от дрожи, а в глазах поселился ужас.

— Эй, гринго, я всё отдам! Всё отдам! Вон, смотри, в сейфе лежат бабки. Там даже больше, чем нужно. Умоляю, эль Дьябло, только не убивай меня, — по лицу босса текли сопли. Его штаны стали предательски мокрыми.

В этот момент в дверь раздались громкие и гулкие удары. Мессия обратил внимание на монитор камер видеонаблюдения. Оставшиеся снаружи члены банды пытались выбить дверь бревном.

— Я не буду тебя убивать, животное, — Фиксов обернулся к Матео. — Я принесу тебя в жертву богу, как и полагается скотине!

Он воткнул нож в грудь мексиканца. Тот громко застонал, несколько раз дёрнулся, после чего его тело обмякло и упало на пол. Из груди тонкой струйной вытекала кровь.