Волшебница сделала еще несколько шагов прежде, чем на стене сообразили, что произошло. А когда сообразили, в нее полетело сразу с полдюжины болтов. Кто-то промазал, кто-то попал вскользь, но несколько тяжелых болтов чувствительно приложили в руку, в грудь, в живот. Понятное дело, латы не один из них не пробил, но синяки у Мирки нынче будут знатные. Хоть какой прочности панцирь, но девичья кожа тонкая и нежная, а заброневое действие оружия никто не отменял. Это меня пацаны с фехтования просветили. Но Мирланда-то синяками отделалась, а те, кто пытался в нее стрелять, получили ответку по полной. Полдюжины болтов – полдюжины трупов.

Пока Мирланда шла вдоль стены, никто больше испытывать свою судьбу и благосклонность Светлой Воительницы не решился. Страх – великая вещь, не зря Фарл так на него рассчитывал. Захватчики не только не решались стрелять по размеренным шагом идущей девушке, они и со стены исчезли все до одного. Лишь я знала, что сил у нее осталось лишь на пяток таких вот маленьких шариков. Все же она уже немало потратилась, одна подзорная труба сколько сил взяла!

Во дворе замка, перекрывая проход, в несколько шеренг стояли солдаты. Было заметно, что они тоже боятся. Особенно те, что стоят в первом ряду. Непонятно только, почему они до сих пор не разбежались. Ведь на примере своих товарищей могли видеть, что с ними случится. Пусть не со всеми, но первая шеренга – однозначно смертники. Что же их держит? Какая-то безумная надежда? Какой-то камень за пазухой? Или кто-то, человек, которого они боятся сильнее мага?

Мирланда остановилась прямо напротив прохода, шагах в десяти от стены, и сделала движение рукой, как будто собралась колдовать. Я видела, что это лишь обманка, что на самом деле она ждет, чтобы захватившие замок люди сделали свой ход первыми, чтобы они выложили свой козырь. Она сделала движение, будто швыряет магический шар в строй солдат, и в этот момент прозвучала команда и первая шеренга упала на землю, а за ней оказалась баллиста. Не крепостная, вдвое меньше, чтобы ее можно было перевезти на телеге, но все же на порядок больше обычного пехотного арбалета и, значит, в разы мощнее. Излишне говорить, что она была готова к выстрелу, и едва солдаты попадали на землю, как человек, стоявший позади машины, выстрелил.

Расчет был понятен: одним выстрелом покончить с надоедливой магичкой, а потом спокойно перебить оставшихся и без помех закончить свое черное дело. И надо сказать, что этот план вполне мог бы сработать, но 

Пуля летит быстро, но заметив вспышку выстрела, можно успеть упасть и остаться невредимым. Если, конечно, стреляют не в упор. А такая стрела, больше напоминающая здоровенную жердину с железным наконечником, гораздо медленнее пули. Мы с Миркой среагировали одновременно. Но если она на автомате принялась магичить, то я рефлекторно начала уклоняться от запуленной в нас дубины. Не то, чтобы я всерьез рассчитывала увернуться от посланной в упор стрелы, но перевести удар в скользящий было вполне возможно. В итоге получилось вот что: я изворачивалась и прогибалась, уходя вправо. И магический шар, сотворенный Мирландой, что называется, из последних сил, полетел не прямо вперед, а чуть левее баллисты, прямо в тех солдат, что стояли сбоку от стреломета. Стрела, чиркнув наконечником по кирасе, ушла рикошетом в сторону, Мирку строго по правилам биллиарда откинуло вправо, а магический шар, полноценный, такой же, каким подруга била черных волков, попал в толпу и рванул. Во все стороны полетели руки-ноги-головы. Кто-то заорал, охваченный магическим пламенем, и через несколько секунд из ворот побежали уцелевшие. Где-то сбоку хлопнула тетива, и один из бегущих упал, продемонстрировав небу торчащую из филея стрелу.

Мирланда повернула голову. Оказывается, все ее войско, вся троица, пользуясь отсутствием стрелков на стене, перебежала сюда же, под стену замка.