- Коли так, откуда взялся Мартин? - спросил Иллуги Годи.

- Вигфус? - предположил я, и быстрый, брошенный исподлобья взгляд Эйнара сказал мне, что он уже думал об этом.

Впрочем, во взгляде было что-то еще, чего я не мог понять.

- Ладно, - сказал Эйнар наконец, выдавив улыбку. - Пора на праздник - посмотреть конский бой, а потом у нас клятва. Если не можешь стоять, Убийца Медведя, я поручу Хильд двум другим, а ты возвращайся на корабль.

- Я пойду с ним, - быстро сказала Хильд.

Эйнар посмотрел на нее, потом на меня, и у него хватило мудрости промолчать. Он только покачал головой, но я сказал, что вполне могу стоять.

- Не напивайся и не ввязывайся в драку, - с улыбкой сказал Иллуги Годи. - Потом я перевяжу тебя и наложу мазь. Кольчугу лучше не надевай.

Когда он исчез в толпе, я со значением посмотрел на кольчугу, потом на Гуннара. Он понимающе ухмыльнулся, поднял ее и помог надеть.

Хильд нахмурилась, прижимая к себе свой талисман - древко копья.

- Иллуги ведь не велел делать этого.

- За Иллуги не охотятся вооруженные люди, - заметил я.

Гуннар нагнулся ко мне, делая вид, что поправляет кольчугу на плечах.

- Слушай, - прошептал он, - я узнал одного из них. Херьольв, тот, кого они называли Зайценогим, из соседней с Бьорнсхавеном долины. Помнишь его?

Я помнил. Долговязый человек, который приносил иногда овец на продажу, с длинными ступнями, почему ему и дали такое прозвище.

- Чем дальше уходишь, - заметил я, - тем больше встречаешь знакомых.

Гуннар откашлялся и сплюнул.

- Не верю я в такие совпадения! - рявкнул он, а ошеломленная Хильд переводила взгляд с него на меня. - Он пришел сюда, погнавшись за тобою. Думаю, если мы узнаем, откуда остальные, то окажется, что легко доплюнуть от дома одного из них до дома другого, и все из Вика.

- Что ты хочешь сказать? - спросил я.

- Здесь сыновья Гудлейва, - ответил он и отправился наполнять опустевший рог.

Весть обрушилась на меня с грохотом, как молот на наковальню, и я онемел. Я потряс головой, не веря. Полгода назад - даже меньше - у меня вообще не было врагов, а теперь они выстраиваются в очередь, чтобы поднять на меня меч.

Сыновья Гудлейва. Как Мартин оказался вместе с ними? Наверное, встретился в рыбацкой деревне. Он мог добраться туда и найти там корабль с мстительными сыновьями Гудлейва на борту. Или, возможно, он был на уцелевшем драккаре с телом Старкада, когда они встретили другой корабль, с сыновьями Гудлейва.

Не имеет значения. Судьба вела их, потому что Бьорн и Стейнкел, не старше меня, которых я никогда не видел, хотели получить цену крови за убийство их отца. И не только от меня, вспомнил я.

- Кто такой Гудлейв? - спросила Хильд.

- Призрак, который не хочет лежать спокойно, - ответил я, и при этих словах голова ее резко вздернулась, а костяшки пальцев побелели на древке копья.

Я пробрался через топтавшуюся на месте толпу, которая кричала, подбадривая дерущихся лошадей, и стал искать отца. Я нашел его, когда пегий, охромев, качнулся и отпрянул на задних ногах, зубы вороного были на шее противника. С громким ржанием, почти ревом, вороной прижал пегого к земле и топтал, превращая в кровавое месиво, под оглушительные вопли толпы.

- Орм, Орм, ты был прав, и мы выиграли состояние! - заорал отец, весь красный от радости. - Как ты узнал, а?

- Не имеет значения, - буркнул я.

Но тут его окружили, и он настаивал, желая погреться в лучах славы своего умного сына.

- Белые чулки, - быстро произнес я. - У пегого белые чулки на задних подколенках. Белые волосы растут вокруг старых ран или плохой кости.