– Пит, ты уже способен держаться в седле? – спросил Коллахен. – Мы привели твою пегую.

– Я бы не советовал вам пока ездить верхом, Пит, – заметил Томас.

– А я бы посоветовал вам, доктор, – хмуро буркнул Коллахен, – не лезть со своими советами в дела «Округа Си». Я вам благодарен, конечно, за все, что вы сделали для Роури и Пита, но вы – это железная дорога. А значит, ваше присутствие здесь нежелательно. – Он помог Роури забраться в седло и сел позади нее. Затем обернулся, и в его глазах мелькнула злость. – Что касается тебя, Маккензи, то ты должен убраться из «Округа Си» до рассвета. Если будешь продолжать здесь шляться, то мои люди пристрелят тебя, как только увидят. Я дам им такой приказ.

И Коллахен вместе со своим отрядом поскакал прочь.

Когда пыль из-под копыт улеглась, Томас присвистнул:

– Значит, это был сам Коллахен! – И он вспомнил недавнее предупреждение относительно этого человека.

Маккензи никак не отреагировал на его слова. Он только произнес:

– Я должен привести свою лошадь, – и исчез в деревьях для того, чтобы минутой позже появиться, ведя за собой серо-коричневого мерина. – Голоден, доктор? – Он протянул Томасу кусок вяленого мяса.

Томас охотно принял угощение.

– Наверняка у тебя и кофе найдется?

– Пожалуй, – не стал упрямиться Маккензи и вынул из седельного вьюка мешочек с молотым кофе и кружку.

– Сделай кофе, пока я расседлаю Дюка.

– Коллахен приказал нам покинуть это место, и похоже, что он не шутил, – заметил Томас, увидев, что Маккензи собирается здесь переночевать.

– Да, я тоже так думаю, – спокойно ответил Маккензи. – Но у нас еще есть пара часов, чтобы вздремнуть. Мы отправимся в путь с рассветом.

– Как ты нашел нас, Кин?

– Я был в городе, когда появился Мэрф. Он рассказал, что случилось и где он ссадил вас с Роури. Поскольку я знаю этот район, как свои пять пальцев, то решил отправиться в путь.

Томас вылил остатки воды из фляги в кружку и пристроил ее на огонь, раздумывая над удивительными событиями минувшего дня.

– Кин, почему Коллахен так настроен против железной дороги? Думаю, он должен был бы только радоваться ее строительству.

– Скорее всего у него какие-то свои причины, доктор, – ответил Маккензи, раскладывая у костра одежду.

– Похоже, он не очень рад был тебя видеть. – Это действительно несколько удивило Томаса, но куда больше его удивил обмен приветствиями Маккензи с Роури, в котором угадывалось их довольно близкое знакомство.

Несмотря на всю непохожесть характеров, эти двое столь разных людей с первой же встречи, что произошла тремя месяцами раньше, прониклись друг к другу симпатией. У Томаса не заняло много времени понять, кто такой Маккензи на самом деле, и проникнуться уважением к особенностям его характера, и потому он никогда не обижался на его сдержанность и скрытность.

Размышляя у костра о словах Коллахена, Томас пришел к выводу, что враждебность старика к такому человеку, как Маккензи, может быть вызвана только какой-то личной причиной. И скорее всего эта причина – Роури Коллахен.

– Да, мы не друзья, – признал Маккензи. Он растянулся на земле и надвинул на глаза шляпу, показывая этим, что разговор окончен. Том достаточно хорошо знал разведчика железнодорожной компании и поставщика дичи для рабочих пути, чтобы понять: Маккензи больше не скажет ни слова.

Томас даже не пытался снова заснуть. Остаток ночи он провел, сидя у костра и понемножку прихлебывая кофе из кружки Маккензи.