Томас тоже это чувствовал. И решил, что самое главное сейчас – решительно разорвать все отношения между Роури и ее отцом.

«Благодарение Богу, что дорога почти построена», – с облегчением подумал он, выходя из дома. Скоро он увезет ее в Виргинию, где они начнут новую жизнь.

Томас шел по направлению к дороге. Увидев Кэтлин Рафферти, достающую воду из колодца, поприветствовал ее:

– Доброе утро, миссис Рафферти.

Он взял у нее тяжелое ведро, и свежие раны тут же напомнили о себе острой болью.

– Доброе вам утро, доктор Грэхем, – ответила Кэтлин, не поднимая головы.

– Как вы чувствуете себя, миссис Рафферти?

– Прекрасно, доктор. Они дошли до ее палатки.

– Куда это поставить?

– Вот сюда, – показала она на ближайшую скамью. – Спасибо вам за вашу доброту. – Кэтлин с улыбкой подняла на него глаза, но он, заметив на ее щеке несколько кровоподтеков, на эту улыбку не ответил.

– Кэтлин…

– Благодарю вас, доктор, – поспешила она предупредить возможные расспросы. – Доброго вам дня. – И быстро вышла из палатки.

Мгновение Томас колебался, догонять ему Кэтлин или не стоит, но, вспомнив ее замешательство, не стал.

Поставив ведро, Томас вышел из палатки. Он решил разыскать Кина Маккензи, от него можно узнать, что произошло в городе за время его отсутствия. Если не удастся поговорить с Кином, можно отправиться к Мичелину Дэннехи.

Лестницу перед жилищем. Кина он одолел одним махом.

– Войдите! – крикнул Кин, как только Томас постучал в дверь.

Кин сидел на краешке кровати, натягивая ботинки. Он бросил на Томаса быстрый взгляд.

– Привет, доктор. Добро пожаловать домой.

– Как-то странно встретил меня дом. Что это с тобой? – удивился он, заметив, что разведчик явно бережет свое плечо.

Кин встал с кровати и нацепил пояс с кобурой.

– Индеец ударил ножом.

– Вот как… Дай мне взглянуть, – сказал Томас.

– Сейчас уже все позади, доктор. Сегодня первый день, как я на ногах. Немного качаюсь, а так все в порядке.

Томас покачал головой.

– И сколько ты еще будешь так рисковать?

– Пока мне не изменяет удача. – Кин натянул шляпу. – Ты завтракал?

– Нет.

– Пойдем чего-нибудь раздобудем. Я так голоден, что съел бы лошадь.

– У меня есть для тебя кое-какие новости, – медленно произнес Томас, – но ты лучше сядь.

Неожиданно перед ними вдруг выросла плотная фигура Майкла Рафферти.

– Держись подальше от моей жены, или я тебя убью! – прорычал он, затем повернулся и зашагал прочь прежде, чем кто-либо из двоих смог что-то ответить.

Томас принял эти слова на свой счет. Рафферти и раньше отличался вспышками беспричинной ярости. В другое время Томас отнесся бы к этим словам сдержанно, но он слишком много пережил за последнее время и поэтому взорвался:

– Черт его подери! Все, что я сделал, – это поднес ведро воды для его жены.

На обычно спокойном лице Кина отразилось удивление: он никогда не видел своего уравновешенного друга в таком состоянии.

– Скорее всего эти слова относились ко мне, доктор.

Но разъяренный Томас его не слышал. Когда в ближайшем ресторанчике им подали кофе, Томас попробовал его и снова вышел из себя:

– Здесь нельзя найти даже нормальный кофе.