— Всё работает! Георг, судя по индикации, он жив и здоров!

— Слава Богу!, — Георг неожиданно перекрестился, подумав при этом, что давно уже этого не делал. — Дальше что?

— Процедура пробуждения началась, — Пилевич оглянулся. — Надо бы встретить парня, объяснить.

— Как долго?!

— Саркофаг откроется примерно через полчаса.

— Нет у нас времени! Придётся твоему Алфию самому дорогу наружу искать. Догоняй, Стас!, — Проквуст решительно направился к выходу.

Пилевич растерянно посмотрел ему в спину, потом оглянулся на саркофаг, махнул рукой и поспешил следом. Он догнал своего друга уже на лестнице, он стоял с сумкой на плече в открытом проёме и нетерпеливо постукивал ногой.

— Георг, я что, не закрыл створку?!

— Нет, это я открыл.

— Сам?! Как?

— Стас, поверь, это уже не имеет значения. Давай, вешай на себя вещички, нам пора.

Проквуст повернулся и провёл перед собой рукой, обозначился туманный провал. Георг подхватил Пилевича, стоящего с открытым ртом и втолкнул в переход, затем шагнул следом. Круг схлопнулся, короткий сквозняк вдул в открытое подземелье пыль.

Они выскочили в княжеской библиотеке, Станислав Львович тут же изумлённо уставился на луч света, льющийся из кристалла в куполе, Проквуст скинул сумку и вызвал зелёный огонёк.

— Артём, ты где?!

— В бункере, иду за вином для Ведагора.

— Сын, немедленно вернись! Сразу, без промедления!

— Пап, это ж быстро…

— Немедленно, я сказал!

— Хорошо, хорошо, уже иду.

Георг подскочил к столу, включил настольную лампу, и, увидев электрический свет, облегчённо вздохнул, вытер рукавом пот со лба.

— Георг, зачем тебе свет? Смотри, какое здесь чудо!, — Пилевич дотронулся до столба света рукой, так, будто ожидал, что он твёрдый, но рука провалилась и стала прозрачной, он испуганно отдёрнул ладонь.

— Не надо, Стас, — сказал Проквуст, не отрывая пристального взгляда от настольной лампы. — Потерпи, мы всё покажем и расскажем.

В углу раздался шорох и появился Артём с таким нахмуренным лицом, что сразу было видно, у него есть много чего сказать о тиранстве родителей, но отец вдруг стремительно бросился к нему, крепко обнял и застыл.

— Пап, ты чего?, — растерялся Артём, весь пыл у него сразу пропал, и тут очень кстати, ему на глаза попался Пилевич. — Дядя Стас, вы тут, какими судьбами?!

— Не знаю, — Пилевич кивнул на Проквуста. — Обещали потом рассказать.

— Пап?!, — многозначительно посмотрел на отца Артём, как бы напоминая, что в библиотеке чужим не место, но Георг игнорировал этот взгляд.

— Артём, на той стороне остался кто-нибудь из наших?

— Никого там нет! Жена твоя как узнала, всех чуть ли ни кнутом погнала, едва собраться успели.

— Какая она молодец!, — радостно и расслабленно заулыбался Проквуст.

— Пап, зря ты мне не дал до погреба дойти.

— Позволь, Артём, — вмешался Пилевич, красноречиво показывая на коробки с вином у стены, — а это что?

— Так я хотел побольше.

— Слушайся папу, — улыбнулся Пилевич и раскрыл объятия — Ну, иди, я тоже тебя обниму.

Они обнялись, а потом наперебой начали расспрашивать друг друга, кто, что прихватил с собой. Проквуст сидел на стуле и с улыбкой слушал: компы, принтеры, винчестеры, базы данных, солнечные батареи… А потом лампа погасла. Георг со злостью грохнул кулаком по столу, Артём и Пилевич недоумённо оглянулись.