Давай!

Шерри рванула, как сумасшедшая.

Давай-давай-давай!

Сейчас она находилась прямо на пути у машины, несущейся задним ходом.

Быстрее!

Машина с ревом приближалась к ее ногам.

Шерри представила, как лежит на дороге с изувеченными ногами. К ней подбегает Тоби, сгребает ее в охапку и погружает в машину.

Взвизгнули шины.

Но удара все-таки не последовало.

Кажется, получилось!

Резко открылась дверца водительского сиденья.

Нет!

Шерри бросилась в направлении разделительной полосы.

Что-то ударило ее сзади по правой ступне. Дверца? Ее ногу отбросило в сторону. В этот момент Шерри как раз пыталась запрыгнуть на бетонный бордюр разделительной полосы. Ее ноги ударились друг о друга, и ее развернуло в воздухе.

Она все-таки забралась на бордюр. Спрыгнула с той стороны. Но все-таки не удержала равновесие и шлепнулась на асфальт. Потом резко вскочила и побежала.

Правая нога болела, но не так, чтобы очень сильно.

Все тело ныло от боли, но слушалось вроде нормально. Шерри подумала, что повредилась не больше, чем если бы неудачно упала с велосипеда.

Несколько ушибов, несколько царапин.

Ничего, не помру.

Она рванулась к противоположной стороне бульвара. Обернулась и увидела, что машина Тоби мчится вперед, в сторону перекрестка.

Он собирается разворачиваться!

Но с востока к перекрестку приближались другие машины – три автомобиля выстроились клином, как истребители, спешащие к ней на выручку.

Стрелка поворота для Тоби пока была красной.

Загорелись задние огоньки торможения. Машина с визгом остановилась.

Три машины уже приближались.

Подбегая к тротуару, Шерри подумала, что, может быть, стоит попробовать остановить какую-нибудь из них.

Только сначала надо убраться у них с пути.

Она едва успела добежать до парковочной полосы, когда первая из машин просвистела мимо.

И никому не пришло в голову, что мне, может быть, нужна помощь?

Машина Тоби рванулась к перекрестку. Раздался противный визг шин. Он уже разворачивался.

Шерри кинулась к «Начо Каса».

Машина Тоби с ревом приближалась к ней. Шерри бросилась к ближайшему входу в кафе.

Успела!

Она схватилась за ручку двери и дернула ее на себя. В тот момент, когда дверь распахнулась, машина Тоби резко остановилась у тротуара.

Шерри шагнула внутрь.

Жара и горячий ветер остались снаружи. Внутри было светло и прохладно. И пахло очень аппетитно – острыми ароматами мексиканской кухни.

Шерри остановилась на пороге и оглянулась. Сквозь большое окно ей хорошо была видна машина Тоби. Она стояла у тротуара с зажженными фарами. Но Тоби сидел в машине. Почему-то он не выходил.

Он боится сюда идти.

Конечно, боится, сказала она себе. Потому что здесь люди. А он говорил, что не хочет, чтобы его видели.

Кстати, о людях.

Она заставила себя оторвать взгляд от машины Тоби и оглядела кафе.

Почти все столики были пусты.

Опять этот тип!

Он пересел за другой столик, но Шерри была уверена, что это тот же самый дядька, которого она видела здесь раньше, – жуткий, седой мужик, который все время пялился на нее.

Он и сейчас на нее таращился.

Угрюмо и мрачно.

Шерри поспешно отвернулась.

За другим столиком сидела грязная старуха, которая что-то бубнила себе под нос.

За третьим столиком сидели двое здоровых байкеров. То есть байкер и байкерша – мощная девица с темной повязкой на глазу. Парень сидел спиной к Шерри. У него были лохматые черные волосы и густая борода. Одет он был в джинсовую куртку без рукавов с надписью на спине: «Псы Ада».

Хорошо, что ониздесь, подумала Шерри.