На стуле для посетителей сидела женщина. Рыжеватые волосы, зеленые глаза, губы, тронутые растроганной улыбкой. А Ева видела перед собой чудовище с клыками и когтями. Только этому чудовищу не надо было дожидаться темноты.

– Вы должны уйти. Вы должны немедленно уйти.

– Ты, конечно, страшно занята, у тебя рук не хватает, а я тут сижу и болтаю. Ты только скажи мне, где ты хочешь поужинать, и я скажу Бобби, чтоб забронировал столик.

– Нет! Нет. Я вас помню. – Кое-что Ева вспомнила. Совсем немного. Легче было это забыть, выкинуть навсегда из памяти. Это необходимо было забыть. – Все это ни к чему, я не хочу вас видеть.

– Как ты можешь так говорить? – В голосе женщины послышалась обида, но глаза стали жесткими. – Как можно быть такой неблагодарной? Я приняла тебя в свой дом, я стала твоей матерью.

– Нет, вы не стали моей матерью.

Темная комната. Непроглядная тьма. Холодная вода. «У меня пунктик насчет чистоты в кухне». Нет. Не думай об этом сейчас. Не вспоминай.

– Вы должны уйти немедленно. Без шума. Я больше не беспомощный ребенок. Поэтому вам лучше уйти. И никогда не возвращайтесь.

– Но, Ева, дорогая…

– Уходи! Убирайся! – Руки у нее тряслись, пришлось сжать кулаки, чтобы скрыть дрожь. – А не то, клянусь, я засажу тебя в камеру.

Труди подобрала свою сумку и черный плащ, который повесила на спинку стула.

– Тебе должно быть стыдно!

Ее глаза, когда она проходила мимо Евы, были мокры от слез. И холодны, как камень.

Ева хотела закрыть дверь на ключ. Но в комнате все было пропитано запахом духов этой женщины – приторным запахом роз. Почувствовав спазм в желудке, Ева оперлась о стол, пока приступ тошноты не миновал.

– Мэм, женщина, которая… Лейтенант? Мэм, с вами все в порядке?

Ева покачала головой, услышав голос Трухарта, сделала ему знак уйти. Надо держаться как ни в чем не бывало, пока ей не удастся выбраться отсюда. Скрыться.

– Передай детективу Пибоди, что кое-что произошло. Мне надо срочно уйти.

– Лейтенант, если я могу что-то сделать…

– Я только что сказала тебе, что делать.

Еве было невыносимо видеть это выражение тревоги и участия на его лице. Поэтому она выбежала из кабинета и стрелой пронеслась по «загону», не ответив на звонок, не просмотрев сообщения, не сделав неотложную бумажную работу, не слыша окликающих ее голосов.

Поскорее выйти наружу, уйти отсюда подальше. Пот тек у нее по спине, когда она вскочила на ближайший эскалатор, идущий вниз. Даже услышав голос Пибоди, окликающий ее по имени, она не остановилась.

– Погодите, погодите! Фу! В чем дело? Что случилось?

– Мне надо уйти. Тебе придется самой заняться Зиро, поговорить с прокурором. Могут прийти родственники погибших, потребовать ответа. Разберись с ними. Мне надо уйти.

– Погодите. Господи, может, что-то случилось с Рорком?

– Нет.

– Вы можете остановиться хоть на одну минуту?

Вместо этого, чувствуя, что желудок взбунтовался, Ева нырнула в ближайшую уборную.