И черт, я не ожидал, что у меня будет самая чистая красота подо мной, я нуждался в исследовании ее тела.

И вот я здесь, во взгляде Дейзи похоть, ее волосы разметались по подушке, а лунный свет проникает сквозь незакрытые окна.

— Картер?

— Хм, — спрашиваю я, мои пальцы пробегают по ее коже, затем языком обвожу ее сосок.

— Почему только я раздета?

— Потому что, — ее грудь поднимается, когда кусаю ее за сосок. — Я говорил тебе, что собираюсь загладить свою вину. Это значит, что ты нужна мне голой.

— Я чувствую себя немного неловко.

— Не надо. Ты восхитительна.

— Я говорю не только об этом, — отвечает она нервно, поэтому я сажусь, неохотно отрываясь от ее груди.

— Что происходит?

Глядя в сторону, она что-то бормочет, чего я не могу расслышать.

— Тебе придется сказать, Снежинка. Я не совсем понял.

Все еще не смотря на меня, она закрывает лицо руками и говорит:

— Я надеялась дойти до конца с тобой.

Даже не видя ее лица, заметно, как сильно она смущена.

Это сбивает меня с толку. Дойти с ней до конца. Это огромная ответственность, не уверен, что я именно тот человек, который подходит для этого. Я знаю разницу между нами, и я не слепой, думая, что она на том же игровом поле, что и я. Она не такая. Она другая.

Я знаю, что есть кто-то лучше для нее. Кто-то, кто не будет всю жизнь обычным поваром. Кто-то, у кого есть будущее, и в котором нет столько злости, из-за которой можно закончить жизнь в канаве.

Но черт, я не хочу, чтобы она была с кем-то еще. И я чертовски уверен, что не хочу, чтобы кто-то еще прикасался к ней и лишал ее девственности. Только представив это, я уже впадаю в ярость. Я ни с кем не спал, когда сказал, что она моя девушка.

— Скажи что-нибудь. Это убивает меня.

Эти глаза, эти губы, это сердце. Черт, я должен обладать всем этим.

Будь собой. Я собираюсь сделать это. Я эгоистичный мудак, и я сделаю это. Я признаю и принимаю это желание. Дейзи. Я хочу ее всю.

Я сажусь и, глядя на нее, тянусь к рубашке, снимая ее через голову и бросая в сторону. Реакция Дейзи бесценна. Она смотрит на мои татуировки, показывающие все, что я пережил и мою грудь, над которой я упорно работаю, чтобы держать себя в форме, учитывая мою профессию, при которой я постоянно пробую еду.

— Так лучше?

Она тяжело сглатывает.

— На тебе еще джинсы.

Я сажусь между ее ног.

— Да, мы дойдем до этого, но сначала мне нужно попробовать тебя, — я опускаю голову, и она сжимает ее ногами. Указательным пальцем я нажимаю на ее живот. — Тебе нужно их раздвинуть, сладкие щечки.

— Я нервничаю, — говорит она дрожащим голосом, и я опускаюсь на колени.

Черт, это будет сложно. Я так сильно хочу ее, но мне нельзя торопиться. Ее тело заслуживает поклонения.

— Не переживай, Снежинка. Это я. И не причиню тебе боли.

Она кивает, и я вижу в ее в глазах слезы.

— Эй, — сдвинувшись, я нависаю над ней, глядя в лицо. — Не плачь. Мы не должны этого делать. Я доволен нашими поцелуями. Может быть, немного полапаю твои сиськи, — я ухмыляюсь, пытаясь облегчить настрой.

— Я хочу, просто нервничаю.

— Это нормально. Я не против подождать, Дейзи. Не хочется, чтобы ты думала, что мы должны это делать. Как я уже сказал, я счастлив от твоих губ на моих.

Она качает головой.

— Спасибо, но я хочу перейти к следующему шагу. Ты хочешь заняться со мной сексом?

Сейчас она так уязвима, поэтому и не уверена. Как такое возможно? Я думал, что сделал правильно, показывая, насколько хочу ее.