Поставив бутылку на пол, Джейсон распечатал второй ящик. Там тоже оказался "Баллантайн".

- Два ящика первоклассного виски по двенадцать бутылок в каждом! вскричал Джейсон. - Если мы и не найдем сокровище, будет что выпить за здоровье магистра!

- Джей, а ведь наверное, на благочестивой Земле эти ящики кое-чего стоят...

- Минимум пятьдесят сотен, если знать, кому продавать. Да что там! Восемьдесят!

- Это большая сумма?

- Немаленькая. Но я скорее отрежу, зажарю и съем собственные уши, чем продам это чудо...

Юля сокрушенно покачала головой.

- Ох, Джей... Ладно, давай ломать сейф.

Толстенная сейфовая дверь сопротивлялась клингеру долго и упорно, прежде чем пасть под натиском режущего огня. Дождавшись, пока остынут края разрезов и развеется дым (и сделав ещё по глотку "Баллантайна"), Джейсон и Юля шагнули в сейф, точнее - небольшую комнату с металлическими стенами. Джейсон сделал с Юлиным фонарем то же, что раньше со своим, и комната ярко осветилась.

Прямо перед вошедшими висел, приклеенный лентами скотча, плакат с портретом темнокожего музыканта в красной рубашке, с синей электрогитарой в руках, экстатично поющего в микрофон.

- Это Чак Берри, - сказала Юля, решившая более ничему не удивляться.

- Кто?

- Создатель рок-н-ролла.

- Какого ещё рок-н-ролла?

- У вас есть популярные музыкальные стили?

- Конечно, есть. Чэннел-данс, бум-бит бонго. Джаз в моде, лирические песни о любви...

- А рок-н-ролл - это... Погоди-ка.

Она открыла незапертую дверцу притулившегося в углу деревянного шкафа. На нижней полке стоял проигрыватель, самый обычный, монофонический, с корундовой иглой, вроде "Концертного" или "Юности". А над ним...

Вот тут Юле пришлось нарушить свой зарок и все-таки удивиться в очередной раз.

Там были виниловые пластинки. Юля вынула их из шкафа, перетасовала конверты - всего четыре альбома в потрепанных обложках. Beatles For Sale, "Electric Ladyland" Джими Хендрикса, величайшие хиты Дженис Джоплин и неизвестно кем выпущенный сборник под титулом "Pure Gold" - чистое золото, где содержались вещи Элтона Джона, "Ливин Блюз", "Блэк Саббат", Кенни Роджерса и прочий разнобой.

Держа пластинки в руках, Юля села на пол у шкафа.

- Ты что-нибудь понимаешь? - спросил Джейсон почти жалобно.

Юля кивнула.

- Думаю, да.

- Так просвети, - Джейсон вышел и вернулся с бутылкой виски.

- Никакая это не секта, - Юля вновь перелистала пластинки. - Мы наткнулись на стоянку хиппи. Или скорее, учитывая то, что здесь нет кострищ, лежанок и тому подобного - на их сокровищницу.

- Септимус и говорил, что это сокровищница.

- До, но ни он, ни его преступник не знали, что является истинным сокровищем для хиппи. Виниловые диски героев рока! Вот что они хранили здесь, вот что прятали от посторонних глаз, возможно, передавали святыни из поколения в поколение... А потом, когда умерли последние из них, остались только слухи о сокровищах.

Джейсон прислонился к стене и с сомнением посмотрел на свет фонаря сквозь бутылку.

- Но кто такие эти хиппи?

- В моем мире их называли "дети-цветы". Они бунтовали против взрослых, их лицемерия, меркантильности, против войны... Помнишь надписи на паровозе? Это их лозунги. "Занимайтесь любовью, а не войной", "Мир и музыка", "Власть цветов", "Вудсток навсегда"... Вудсток - это рок-фестиваль, где собралось около полумиллиона человек, три дня музыки и мира... Конечно, это все было там, на МОЕЙ Земле. Но я готова поклясться, Джей, что наши хиппи или их предки каким-то образом прибыли прямо оттуда, может быть, вот на этом паровозе. А почему нет? Ведь я прошла.