|
Посреди предложения забываю, о чем говорила. А уж писаю я! Ну просто за всю страну! Даже до работы доехать не могу без того, чтобы свернуть по дороге в «Макавто» при торговом центре и облегчиться. Наверняка такой сюрприз достается каждой залетевшей женщине, но я никогда толком не обращала внимания на то, что там они про себя рассказывают, потому что мне это никогда не было интересно. А теперь прочесываю мамские сайты в поисках совета: «Это нормально, что у меня утренняя тошнота бывает в обед? Почему приходится писать каждые двадцать минут? Почему после сна я встаю еще более усталой, чем была перед сном? Как может быть, что я только что съела полбуханки хлеба и все равно голодная?»
Но долго на этих сайтах находиться невозможно – уж слишком тут похоже на штаб-квартиру ЛОКНО. И плачу я просто из-за всего. Из-за чего угодно. Дэйзи принесла мне с обеда кекс с лимоном и маком, и я разрыдалась. Настоящую причину рассказать ей не могла, поэтому сочинила какую-то ахинею про старого родственника, который умер от удара после того, как съел такой кекс. Главное, что она мне поверила, а Клавдия дала отгул на вторую половину дня. Ланы сегодня не было. Никто не знает почему. А еще – болят сиськи. Просто ЖУТКО болят. УБИВАЮТ! Я больше не могу лежать на животе в постели, и да поможет господь тому мужчине, кто вздумает их коснуться, – возможно, ему придется иметь дело с «сабатье». Нет-нет, с этим покончено. Я теперь ответственная мать. Устраиваюсь, обживаюсь и смотрю на мир с позитивной стороны. Больше никаких ужасных сериалов по Пятому каналу. И в чатики не заглядываю. И на рыбалку по ночам не выхожу. Скучаю ли я по этому всему? Не знаю. У меня слишком мало сил, чтобы по чему-нибудь скучать. Сейчас ровно 18:26. Где-то произошло землетрясение. Куча трупов. Дзынь написала на мой клубничный куст. Прилягу на часок.
Вторник, 18 июня
Часок вылился в целую ночь – пропустила ужин и вообще всё! Проснулась страшно голодная и съела два бейгла с копченой семгой и две с половиной миски хлопьев «Кранчи Нат». В обед позвонила Крейгу. Он классно проводит время. – Это так здорово! – сказала я. – Очень по тебе скучаю! – Я тоже! Как там у тебя дела? Наслаждаешься? Ну надо же, какая я заботливая. А я ведь говорила, что начала жизнь с нового листа *стряхивает с лацкана пылинку*. – Да, тут здорово, – сказал он. – Если бы не несколько придурков. – Ой, что такое? – Ты не видела в новостях? Вчера во время матча что-то произошло. Здесь это во всех газетах – не то чтобы я читал по-голландски. – Я вчера вечером новости не слушала, рано легла. – А, ну, в общем, английские болельщики устроили небольшой трэшак на главной площади. Ну, слишком много пива, слишком много солнца, наложилось друг на друга. Человек тридцать арестовали. Но я в неприятности не влезаю, не волнуйся. – Молодец, – сказала я. – Приезжай скорее, папочка. К сожалению, после обеда случился очередной факап: Эй Джей догадался о ребенке. Сегодня еще к тому же был его последний день перед отъездом. Еще бы вот совсем чуточку – и опасность бы миновала. Я была на кухне, зашла за бутылкой воды и изо всех сил старалась не сблевать, когда он раскладывал по тарелкам свои самые последние пончики и наливал свои самые последние чашки кофе для редакторов. |
