– Я? – пауза, чтобы взмахнуть волосами. – Я серийная убийца. Ага, ношу с собой в ланчбоксе отрезанные головы. Мамин череп у меня вместо шишечки на спинке кровати, а папины соски висят на веревочках, я за них дергаю, чтобы свет включать. Ага, да, это человеческая кость подпирает у меня шпалеру в саду, какая ты наблюдательная!

– Да, но ты ведь замужем, Рианнон? А дети – есть?

– Нет, детей нет.

И все они, одна за другой, отворачиваются.

Господи, даже в воображении не получается похвастаться, что уж говорить о реальной жизни?!

Я планировала сегодня опять пойти на рыбалку, но что-то нет настроения. Когда выходишь из дома для того, чтобы кого-нибудь убить, уж очень много всего нужно спланировать. Тщательно все продумать, проложить маршруты, подобрать правильную одежду. Думаю, лучше я сегодня наведу порядок в холодильнике у Сильванианов и немножко посмотрю «Историю дизайна».

Дзынь по-прежнему отказывается давать лапу. А теперь она еще и команду «перевернись» забыла. Интересно, не начинается ли у нее чихуахуашный Альцгеймер.

Пятница, 16 февраля

С утра первым делом встала на весы: рождественский привес по-прежнему при мне. Погуглила «липосакция в Уэст-Кантри». Слишком дорого. Съела эклер.

Написала воистину разгромный отзыв на вчерашний фильм – просто бомба.

Новость дня: у мужчины на синем «Кашкае» новая машина! Серебряная «хонда». Почему-то за рулем «хонды» он перестал быть таким конченым придурком. Даже дал нам с Дзынь сегодня утром перейти через дорогу. Немного порычал мотором, но, если не считать пассивно-агрессивной улыбочки, думаю, тут очевидный прогресс. Может, человеческая раса все-таки заслуживает спасения?

Лайнус побывал на пресс-конференции, которую проводила полиция по поводу моего свежезарезанного Мужика из Парка, и все подробности изложил на редакционном совещании, на которое меня, ясное дело, не пригласили. Впрочем, главные подробности я все равно узнала: притворялась, что ищу в папках газетные вырезки, когда он все это заново пересказывал Джеффу.

Зовут «жертву» Гэвин «Мелок» Уайт, ему сорок шесть лет, отец четверых детей и дальнобойщик из Чейпелтауна под Лидсом. Любящий, обожаемый, страшная утрата. Еще один образцовый пример добродетели. Старина Мелок. Мелок-Браток. С ним все дружили. Парень что надо. Ни одного дурного слова о нем никто не слышал. Лайнус ушел после собрания, чтобы успеть на поезд в Лидс – планировал взять интервью у безутешной вдовы. Правда ведь смешно, что, пока не умрешь, никто тебе не расскажет, как много ты для него значишь? Ну то есть не смешно. Просто глупо. В смысле, ты ведь теперь все равно ничего не услышишь, правильно?

А, от версии терроризма опять сразу отказались. Интересно, как они это делают. В том смысле, что я ведь и в самом деле могла оказаться террористом, разве нет? Ну, типа, откуда такая уверенность? Ни в какой организации я не состою, но, может, я одинокий волк, да запросто. ИГИЛ  нашел бы мне применение, у меня ведь явный талант.

По дороге на обед встретила Терри, мужа Джулии. Выходил из пекарни «Греггс» с огромным пакетом сердечно-сосудистых заболеваний. Припарковал фургон в неположенном месте и поэтому страшно спешил.

– Ой, здравствуйте! Эм-м… мистер Киднер?

Он оглянулся на меня и несколько секунд непонимающе щурился, пока наконец не узнал во мне ту милую ассистентку редакции, которая несколько недель назад писала о нем статью.