Ей так легко запудрить мозги. Если бы ее это по-настоящему беспокоило, она бы вскочила на ближайший самолет, прилетела бы сюда и разобралась со мной, но она, видите ли, не может этого сделать. Потому что боится. Моя родная сестра, старше меня на три года, на три года меня мудрее и в четырех тысячах миль от дома, до жути боится ко мне приближаться.

– А как насчет фирмы, которая вывозит мебель?

– С этим тоже все под контролем, – соврала я. – Ну как ты там? Как мои дорогие племянники? Эшу понравился самосвал?

Долгая пауза.

– Да, они в порядке. – Долгая пауза. – Ну ладно, слушай, дай мне знать, когда договоришься с этой риелторской фирмой, хорошо?

– Да, конечно. Пока-а-а-а! – пропела я и нажала на отбой.

Я вернулась к своей жизни, а она – к своим детям, шикарному особняку в английском стиле, бассейну, гирляндам из попкорна, батончикам «Твинкис» и дружкам-янки, которые чокаются пивными банками и смотрят «Супербоул» . Для Серен сестры что есть, что их нет, особенно такие, которые «с умственными отклонениями».

Я весь день делала в фотошопе скриншот с сайта совершенно нового агентства недвижимости, чтобы послать ей. Уже ложилась спать, когда от нее пришел ответ:

«Спасибо, что все улаживаешь. Надеюсь, нам обеим недолго осталось волочь на себе этот груз.

Счастливо!

С.

x»

Этот «х», который обычно в конце письма означает поцелуй, в конце ее письма не означал почти ничего. Этим «х» она говорила лишь, что «как только дом продастся, можно будет поставить крест на наших отношениях раз и навсегда». Этим «х» она помечала сестру, которой я была для нее когда-то – до того, как «сошла с ума». Этот «х» был приклеенным крест-накрест пластырем на всех замечаниях обо мне, которые я слышала в ее разговорах с мамой, бабушкой и папой.

«Я ее ненавижу. Ненавижу. Ненавижу».

«Почему ты не можешь опять ее туда отправить?»

«Единственная раковая опухоль в этой семье – это Рианнон».

«Когда он умер, Рианнон была с ним. Что, если это она его убила?»

Вторник, 5 марта

1. Крейг.

2. Мужчина, который стоял передо мной в кофейне и заказывал штук восемнадцать латте с разными вкусами, – кстати, у тебя задница чересчур огромная для таких шортов.

3. Сука-аптекарша в «Бутс», которая спросила, рекомендованы ли мои пищевые добавки врачом. Давно ее вообще назначили тут главным медицинским специалистом? Просто дай мне купить мои чертовы витамишки-возбудишки, ты, тупая уродина.

4. Тип, который свистит кому-то через всю парковку, когда идет на работу в шесть утра.

5. Воры: батарейки из пульта, полпачки замороженных перцев и рулончик скотча определенно переместились на территорию Уиттэкер.

Короче, пока утро складывается довольно драматично: Рон и Клавдия встречались с мэром, и Рон сказал, что Эй Джею нужно поприсутствовать на встрече (конечно, после того, как он сделает всем кофе), чтобы узнать побольше о деятельности мэра и местной политике. Через какое-то время дверь Рона вдруг распахивается, и Эй Джей вылетает оттуда буквально пулей.

Я пошла за ним на кухню. Дверь закрыта, чайник на плите кипит пронзительным «фи-и-и-и-и-и», а Эй Джей сидит в кресле, обхватив голову руками.

– Эй, ты там живой? – спросила я.