— Так что же ты предлагаешь? — спросил Тейт.

— Обрезать. Беспощадно обрезать над ушами и сделать чуть покороче сзади.

Тейт посмотрел на испуганную Келзи. Как раз в этот момент глаза ее встретились с глазами Марстона. Черт побери, почему она так смотрит на него! Тейт вспомнил, как руки Марстона гладили волосы Келзи, вспомнил все кадры, когда он касался пальцем падавшей ей на плечо рыжей пряди. И его охватила вдруг злость.

— Но волосы должны остаться мягкими, — напомнил Брюсу Джин, отрываясь от бумаг.

— Останутся, не беспокойся.

Тейт постучал по столу костяшками пальцев. В тишине звук этот напоминал град или даже погребальный звон.

— Что ж, решено. Мы отпускаем группу и переносим съемки на завтрашнее утро. У тебя есть день, чтобы сделать чудо, Брюс.

— Подождите минутку, — воскликнула Келзи, хватаясь за рукав Тейта. — А мне что, не дадут высказаться по этому поводу?

— Думаю, нет, — рукав его выскользнул из пальцев Келзи.

— Так вы твердо решили обрезать мне волосы?

— Это — лучший выход.

— Ни за что на свете, — с жаром произнесла Келзи. — Я отказываюсь снова стричься!

— Келзи, но ты ведь сама говорила, что твои волосы отрастут. — Говоря это, Тейт понимал, что принял свое решение не только для пользы дела. Немаловажную роль в принятии этого решения сыграла его ревность.

— Ничего не хочу слушать, — настаивала на своем Келзи.

— Возможно, она права, — пришел ей на помощь Джин. — Мы снимаем ролики о том, как меняются постепенно отношения между героем и героиней, и рекламируем шампунь, а не модные стрижки. С короткой стрижкой она станет для зрителей чужой. Это будет уже не тот образ, который все успели полюбить.

— Но отношения их развиваются, и прическа вполне может меняться, — возразил Тейт. — Придумайте для Келзи что-нибудь более значительное, чем соблазнительную улыбку, кувыркание на песке и копна волос, в которые каждый мужчина мечтает погрузить свои пальцы.

— Но это же просто ерунда, — воскликнула Келзи. — Ты что, считаешь, что только потому, что я влюбилась в мужчину, я должна тут же подстричь волосы? По-твоему, серьезные отношения возможны только со стрижкой? Это все равно что утверждать, что все блондинки непременно глупы.

— И что же дальше? — спросил Брюс, подпирая ладонью щеку.

— Кроме того, — продолжала Келзи, не обращая на него внимания. — Публике это может не понравиться. Мы только испортим то впечатление, которое создали. Людям нравится тот образ, который они видели до сих пор, и, решив изменить его, вы играете с огнем. Мы ведь показывали красивые, романтические отношения, и если для этого требовалось соблазнительно улыбнуться, побарахтаться в волнах и в песке или даже коснуться друг друга, что ж, почему бы и нет? Зрителям надо дать возможность пофантазировать. И не надо подрезать мои волосы, словно это засохшие сучья на деревьях. Все равно это ничего не даст.

Джин, рисовавший что-то на листочке бумаги, отбросил ручку в сторону.

— Келзи права, — сказал он. — Почему мы должны рисковать?

— Тогда что ты предлагаешь? — Тейт готов был взорваться.

Никто не ожидал ответа оттуда, откуда он последовал.