Дело близилось к вечеру. Семь (!) часов переговоров не привели к положительному результату. Я вернулся в аэропорт, где в качестве сатисфакции мне предложили объяснительную записку, из коей следовало, что пропустить мою машину к моему же (не рейсовому) самолету — никак не можно!

Шоу в Харькове началось с трехчасовым опозданием, а закончилось около полуночи, хотя за кулисами опять творилось нечто, когда с невинной пиротехникой пытались бороться пожарные с брандспойтами…»

В отличие от гастролей на Украине выступления Киркорова в Прибалтике прошли на удивление организованно. Они отличались, как небо и земля. К примеру, не успел Киркоров сойти по трапу самолета в рижском аэропорту, как там уже стоял роскошный «Роллс-Ройс», журналистов пускали всюду, а пресс-конференцию устроили в просторном конференц-зале. В зале конгрессов, где состоялся концерт, все службы работали как часы, и никто из техников-латышей не ссылался на незнание русского языка.

Избежав скандальных происшествий в Прибалтике, Киркоров стал виновником неприятного инцидента в Москве. Дело происходило на съемках «Старых песен о главном-3» в начале декабря. Свидетель происшедшего А. Гаспарян рассказывает:

«Киркоров оскандалился почти случившейся дракой с Львом Лещенко. Заставив себя ждать на съемочной площадке два с половиной часа, он был прилюдно пристыжен Лещенко в мосфильмовском павильоне за наплевательское отношение к коллегам, которые все это время вынуждены были томиться от безделья. В ответ Филипп выпалил: «Не твоего ума дело!» — после чего оскорбившийся Лев Валерианович сжал кулаки и чуть было не двинул со всего маху по кучерявому кумполу. Лишь вмешательство других звезд, занятых на съемке, которые повисли на готовых к бою бицепсах ветерана эстрады, предотвратило вероятные производственные травмы на светлом лике Филиппа. «Ну все, конечно, обошлось мирно, но вообще-то я могу и въе…ть», — улыбаясь, прокомментировал для «МК» исход конфликта уже остывший Лещенко…»

Начало следующего года оказалось для Киркорова весьма успешным. Певец произвел настоящий фурор на своей исторической родине — в Болгарии. Киркоров приехал туда в составе мощного десанта российских звезд (Олег Газманов, Лариса Долина и др.) в феврале 1998 года, чтобы участвовать в традиционных Днях Москвы. Однако, по словам очевидцев, из всех российских исполнителей именно Киркоров (местная пресса нарекла его «русским Майклом Джексоном») пользовался у местной публики небывалым успехом. Поклонники певца буквально штурмом брали Софийский национальный дворец культуры, где должен был состояться концерт. Как писал корреспондент газеты «Культура» А. Нарышкин: «Имеющий глубокие болгарские корни Филипп превратился в нового кумира здешних подростков, взращенных на американской поп-музыке. Даже учителя пали жертвой новой мании и охотно отпускали своих воспитанников с уроков, повышая их шансы пробиться на концерты с участием Киркорова.

Особенно запомнятся жителям Софии последние гастроли певца. Самый престижный зал страны долго будет зализывать раны, нанесенные разбушевавшимися поклонниками Филиппа. В зал, рассчитанный на 4 тысячи мест, прорвалось 8 тысяч зрителей, а еще 4 тысячи человек, оставшихся за его пределами, выместили свое огорчение на дверях, окнах и охране, которая утверждает, что никогда еще не сталкивалась с таким взрывом страстей.

Немалых трудов стоила охранникам эвакуация Филиппа из Дворца культуры. Тем не менее окруженному плотным кольцом бодигардов «русскому Джексону» удалось прорваться к поджидавшему его у служебного входа лимузину и благополучно скрыться от поклонников…»

Супертурне Киркорова завершилось в марте серией концертов в Санкт-Петербурге. Причем певец и в этом случае не изменил себе и сделал все, чтобы удивить публику еще до начала своих выступлений.