Изменить размер шрифта - +
Практически все концерты известных певцов в провинции — убыточны и нуждаются в спонсорах. В результате в Саратове вся сцена на концерте того же Меладзе была увешана логотипами, а перед кульминацией концерта на сцене появилась дама, тщательно поблагодарившая всех местных меценатов и поздравившая с днем рождения директрису местного банка. В то же время популярные певцы получают свою известность благодаря ТВ. Значительную часть своих концертных гонораров они откладывают на «промоушн» — оплату взяток на телевидении за показ клипов и интервью. Г-н Фридлянд предлагал объединиться в борьбе против «плохих» организаторов концертов. Быть может, стоит бороться и с телевзятками, на худой конец — за их снижение процентов на 50? И тогда, наверное, исполнителям достанет и тех сумм, которые можно собрать со зрителей, — так, как было, есть и будет во всем нормальном мире».

7 — 8 марта 1997 года Валерий Меладзе предпринял попытку покорить эверест отечественного шоу-бизнеса — зал спорткомплекса «Олимпийский». Стоит отметить, что на такую попытку отваживались немногие российские поп-звезды (перед Меладзе таким храбрецом был Владимир Пресняков-младший). Поэтому определенный мандраж у певца был. Накануне этого грандиозного события (в концерте было задействовано неслыханное количество звуковой аппаратуры, видеоэкраны и т. д.) Меладзе в интервью газете «Неделя» заявил: «Приятно, конечно, собрать в этом зале зрителей, но затея очень рискованная. Если публики придет мало… В общем, тогда я готов начать все сначала. Но это будет серьезный провал. Делаем все, чтобы такого не произошло. Причем не столько сейчас делаем, сколько делали все предыдущее время. Интерес к нашей музыке есть. Хотя, может быть, лучше было бы провести подобные концерты в прошлом году, когда вокруг моего имени было больше ажиотажа, или сейчас усилить рекламную кампанию новыми клипами. Однако этого не произошло, и остается просто надеяться на лучшее…»

Те концерты прошли, в общем, удачно, хотя можно было ожидать и большего наплыва зрителей. Эти выступления стали последними большими концертами совместного тандема Меладзе — Фридлянд. Через несколько месяцев они расстались (Фридлянд занялся раскруткой новой звезды — Николая Трубача). Причин у этого расставания было несколько: как личного порядка, так и общего. Например, Фридлянд был против того, чтобы Меладзе часто появлялся на публике со своей женой, мотивируя это тем, что личная жизнь артиста должна быть окутана тайной. О других разногласиях Фридлянд расскажет сам:

«Валера не всегда был доволен замечаниями, которые я ему высказывал. И это понятно: ему — 32 года, а мне — 30. У него достаточный жизненный опыт и высшее образование. Он почувствовал, что хватит мне учить его, а я, видимо, этот момент упустил. Наверное, надо было дружить. Ну, хотя бы быть ближе, обсуждать совместные проблемы…»

После ухода Фридлянда в эстрадной тусовке прошел слух о том, что Меладзе всерьез подумывает об уходе со сцены, благо было куда уходить — в ту же науку, где он заметно преуспел (в 1994 году Меладзе защитил кандидатскую диссертацию по теме «Интенсификация обменных процессов в ионитном фильтре с псевдовиброожиженным слоем катиона»), или в бизнес (он открыл в Москве собственный клуб под названием «Лимбо»). Однако сам артист вскоре эти слухи опроверг. В конце года прошло сообщение, что Меладзе готовит новую массированную атаку на слушателя: потратил 200 тысяч долларов на раскрутку своего третьего альбома, привлек к съемкам очередного клипа режиссера Олега Гусева (это он снимал «Зайку» Филиппа Киркорова, «Прикинь, да?» группы «На-На»). В то же время пути для возможного ухода со сцены Меладзе для себя все-таки оставил. Вот что он заявил в интервью газете «Московский комсомолец» в сентябре 1997 года: «Откровенно говоря, в отечественном шоу-бизнесе меня очень многое не устраивает.

Быстрый переход