Камеристка сделала книксен, взяла с кровати поднос и вышла из комнаты.

— Ну, и что все это значит? — спросил граф, подходя к кровати.

— Что именно? — невинно улыбнулась Джулиана. — Мой муж пришел проведать меня. Мы с ним разговаривали.

— Понятно. — Тарквин пристально посмотрел на Джулиану. — Значит, ты бросаешь мне вызов?

— Зачем мне это надобно?

— Не знаю. Но если ты все же намерена так поступить, предупреждаю, что я не откажусь его принять.

— Бросать вызов, не будучи уверенной в том, что вы его примете, было бы неразумно, — спокойно заметила Джулиана. — Нет, я не собираюсь этого делать.

Тарквин хмуро посмотрел на нее. Джулиану, казалось, переполняла разрушительная сила, которая светилась в глазах и пылающим пламенем разливалась по волосам. Он не мог представить себе, что Джулиана заключит союз с Люсьеном, чтобы досадить ему, — виконт чересчур отвратителен, чтобы она захотела общаться с ним даже из чувства противоречия. Тарквин решил не углубляться в размышления на эту тему и сказал с обворожительной улыбкой:

— Вчера вечером я забыл сказать, что, возможно, сегодня леди Лидия Мелтон с матерью нанесут тебе визит, чтобы поздравить с бракосочетанием.

— Да? Ваша невеста очень любезна, — сдержанно ответила Джулиана.

— В том, что она хочет нанести визит ближайшей родственнице своего жениха, к тому же живущей с ним под одной крышей, нет ничего особенно любезного.

— А она знает, что ее новая родственница занимает апартаменты, соседствующие со спальней графа и предназначенные явно для нее?

— Не говори глупостей!

— Я полагаю, что мне придется переехать отсюда, когда состоится ваша свадьба, — не унималась Джулиана. — Или это произойдет раньше, когда станет ясно, что я зачала от вас ребенка?

— Похоже, ты всерьез настроена поссориться со мной нынче утром, — сказал Тарквин. — А я проснулся полчаса назад с ощущением какого-то таинственного волшебства… — Его голос вдруг стал гуще, глаза заблестели, на губах заиграла чувственная улыбка. — Мое тело до сих пор помнит твои ласки.

Он склонился над ней, упершись руками в подушку. Джулиана не могла отвести взгляд в сторону. Так близко были его глаза, так жарко дыхание на ее щеке, так соблазнительно алел его рот, что она не выдержала и, притянув его к себе, с блаженным стоном впилась в его губы. Он полностью отдался ей и оставался неподвижен до тех пор, пока Джулиана, обессилев, не откинулась на подушку.

— Совсем другое дело. Это приветствие куда радушнее, — улыбнулся Тарквин. — Ты всегда по утрам бываешь в плохом настроении? Или мало спала?

— У меня есть все основания задать вам жизненно важные вопросы, решение которых полностью зависит от вас, — ответила Джулиана, но в ее голосе и взгляде уже не было резкости.

Тарквин сел возле нее на кровати.

— Наверное, мне раньше следовало сказать тебе, что я собираюсь жениться, но, поверь, я промолчал лишь потому, что считал это неважным для нашего с тобой соглашения. Что же касается женитьбы, то это мой долг. Мы были помолвлены много лет назад, и рано или поздно, хочу я этого или нет, свадьба состоится. Я обязан дать продолжение роду Редмайнов.

— И вашей женой непременно должна стать леди Лидия? — Джулиана явно выходила за рамки дозволенного, но уже не могла остановиться.

— Послушай, моя дорогая, это обычный брак по расчету. Люди моего круга не женятся по другой причине. Для наслаждения, страсти, даже любви существуют любовницы. Я надеюсь, ты понимаешь меня?

— Да, понимаю. А у вас есть еще любовницы? Или… может быть, женщина, которую вы любите? — Джулиана опустила глаза и перебирала кружева на покрывале.