К счастью, куртка защитила его от куда худших царапин, чем те, которые он получил. Сделав пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться, он начал спуск.

Большинство веток были расщеплены и надломлены, но все равно хватало суков, за которые можно было ухватиться или поставить на них ногу. Дрейкос, перевернувшийся мордой вниз словно белка, обогнал его, спускаясь по другой стороне ствола.

Двумя минутами позже они уже были на земле.

— Куда теперь? — спросил Дрейкос.

Джек осмотрелся, пытаясь сориентироваться и стряхивая с ладоней сажу.

— Туда, — сказал он дракону, двинувшись наискось по выжженной зоне. — Там есть маленькая поляна, на которой мы смогли приземлиться, как раз вон за той насыпью. Дядя Вирдж?

— Корабль готов, — донесся голос дяди Вирджа из комм-клипа. — Лучше поторопитесь. Если они перехватят наши переговоры, то перероют вокруг всю землю.

Джек мрачно кивнул. Кошмар.

— Хорошо, — сказал он. — Мы уже идем.

Глава шестая

Насыпь, к которой направился Джек, была еще одним последствием катастрофы: гору дымящейся земли выбросило вверх, когда огромная туша судна пропахала поверхность. Большинство мелких деревьев были повалены, стоять остались только большие, и тех немного, все они торчали под всевозможными углами, что делало продвижение опасным. По дороге сюда, к упавшему кораблю, Джек в густом дыму раза три натыкался на такие полуповаленные стволы, а жар от опаленной земли чувствовался даже сквозь подошвы ботинок. Теперь, когда они двигались к насыпи с другой стороны, дорога не стала лучше. Что думал обо всем этом Дрейкос, ступавший по земле голыми лапами, Джек не знал. Впрочем, времени на то, чтобы это выяснить, не дал сам дракон: пройдя несколько шагов в одиночку, Дрейкос, шедший первым, притормозил. Затем — быстрый прыжок, и Джек почувствовал на короткое время навалившийся ему на грудь вес.

“Мог бы и разрешения спросить, прежде чем взобраться на борт”, — проворчал про себя Джек и, не останавливаясь, продолжил топать по спекшейся, горячей земле.

В горле у него першило. Он отчаянно пробирался сквозь дым, мучительно борясь с подступающими приступами кашля.

Джек уже почти миновал необхватный древесный ствол, ухитрившийся остаться почти вертикальным, когда из-за дерева высунулась пара рук и обхватила его поперек груди.

— Попался! — сказал низкий человеческий голос.

— Ой! — задохнулся Джек, пытаясь вырваться. Человеческий голос?!!

— Эй! — Человек в ответ приподнял его над землей. — О нет, не надо, — прорычал он. — Успокойся, или я сломаю тебе ребра!

— Нет, нет, отпустите меня! — умолял Джек, все еще продолжая сражаться и беспомощно молотя ногами. Толку от этого не было никакого, мужчина оказался силен, как бык. — Помогите! Мамочка!

— Да заткнись ты, — прорычал тот с отвращением. Он сменил положение рук, и где-то над ухом Джека раздался тихий щелчок. — База, это Думбартон. Я его поймал.

— Помощь требуется? — спросил негромкий голос.

Джек в момент перестал рыпаться и, несмотря на удушливый жар, поднимающийся от насыпи, его охватил озноб. Раньше он думал, что это голос Дрейкоса был змеиный — что вполне соответствовало истине, учитывая природу дракона, относящегося к классу рептилий. Но голос, прозвучавший над ухом, хотя его обладатель явно принадлежал к человеческому племени, был змеинее голоса Дрейкоса во сто крат. Настолько он был холодный и бессердечный, настолько он звучал отвратительно — отвратительнее всех голосов, какие Джек когда-либо слышал.