И только когда Дрейкос очутился в машинном отделении, Джек наконец понял.

— Он проверяет корабль, — сказал он дяде Вирджу. — Ищет, нет ли где-нибудь неисправности.

— Он что, мне не доверяет? — спросил дядя Вирдж оскорбленным тоном. — И опять же, если бы что-нибудь оказалось неисправным, как он об этом узнает?

— Не будь таким обидчивым, — мягко упрекнул Джек. — Наверное, это просто природная осторожность.

— Хм, — сказал дядя Вирдж. — И все-таки я предлагаю, пока он чего-нибудь не натворил…

— Видимо, у него такой характер, — сказал Джек, перевернувшись на другой бок и снова натянув на себя одеяло. — Я собираюсь еще поспать. Разбуди меня, если мы во что-нибудь врежемся.

— Всенепременно, — сказал дядя Вирдж сухо.

— Спокойной ночи, дядя Вирдж.

Но уснул Джек не сразу. История с Дрейкосом напомнила ему рассказ о собаке, который он однажды читал. Там собака рыскала по ночам вокруг дома своего хозяина, чтобы убедиться, все ли в порядке. У Джека никогда раньше не было своего питомца, но он всегда размышлял, что значит его иметь. Может, теперь у него есть шанс это выяснить?

Вряд ли. Дрейкос не был питомцем. Он был думающим, говорящим, независимым существом с важной миссией. Джеку лучше навсегда выбросить из головы мысль о Дрейкосе как о какой-то там дрессированной собаке. Дрейкос — прежде всего воин к'да, воином и остается.

“Вот и хорошо”, — криво улыбнулся Джек в темноте. Если сегодняшний день был более или менее показательным, Дрейкос возьмет за правило напоминать ему о своей настоящей природе как минимум каждый час.

Смутное отражение мелькнуло в блестящей переборке в нескольких дюймах от его лица.

— Все в порядке? — окликнул Джек.

— Насколько я могу судить, — ответил Дрейкос. — Прости, что разбудил.

— Ничего, — сказал Джек, повернувшись к дракону лицом. — Снова поднимешься на борт?

Дрейкос, казалось, изучающе всматривался в него.

— Я могу оставаться отдельно от тебя еще какое-то время, если ты это предпочитаешь.

— Решай сам, — сказал Джек, пытаясь говорить так, чтобы не выдать голосом своей радости от этого обстоятельства. Все-таки новое положение дел было для него еще внове и он не очень с ним свыкся. Чем дольше дракон сможет держаться на расстоянии, тем лучше.

— Тогда пока я посплю здесь, — сказал Дрейкос.

— Хорошо.

На несколько минут в каюте воцарилось молчание. Дрейкос растянулся на полу посреди каюты, лицом к двери, как сторожевая собака на посту. Золотая его чешуя слабо поблескивала в свете дисплея, переливаясь, когда Дрейкос шевелился. Джек смотрел на темную фигуру дракона, все еще пытаясь уложить происшедшее в голове.

— И долго вы были вместе? — внезапно спросил он.

Длинная шея приподнялась, голова слегка повернулась к нему:

— Пардон?

— Ты и твой… Как ты его называл?

— Мой симбионт?

— Да, это самое. Как долго вы были вместе?

Хвост, покрытый золотой чешуей, слегка дрогнул.

— Полфир и я пробыли компаньонами десять ваших лет, — сказал дракон.

Джек нахмурился.

— Это земные годы или еще какие-нибудь?

— Это единицы вашего основного времени, — сказал Дрейкос. — У вас ведь единиц времени существует много?

— Нет, если говорят просто “годы”, то имеются в виду стандартные земные, — заверил Джек.