Секундой позже облегчение исчезло, смытое волной раздражения. Да о чем Дрейкос думает, унижая его таким образом? Как он осмелился?

Джек позволил рукам остановиться, поймал падающие фрукты и встал, сердито глядя на дракона.

“И что мне теперь делать, — подумал он отчаянно, — когда этот Дрейкос испортил все мое представление?!”

Дрейкос продолжал жонглировать еще пару секунд, затем, казалось, внезапно понял, что Джек на него смотрит. Издав виноватый писк, он быстро остановился, поймав по яблоку каждой лапой. Пятое яблоко все еще было высоко над его головой. Выгнув шею, дракон аккуратно поймал его зубами.

Позади Джека послышалась россыпь щелчков пальцами, которые заменяли вистаукам аплодисменты. Дрейкос продолжал оставаться в той же позе, глядя на Джека, как ребенок, пойманный во время вылазки за банкой варенья.

Медленно, почти неохотно, Джек осознал, что дракон ничего не испортил. В действительности он сделал все намного лучше, чем мог бы сделать сам Джек.

Джек с пафосом снова повернулся лицом к вистаукам.

— Мой удивительный электромеханический ассистент Дрейкос, — объявил он, показывая рукой на дракона.

Шагнул обратно к столу и вернул фрукты на блюдо, затем повернулся к Дрейкосу и легонько ему кивнул.

Дрейкос понял. Одно за другим он быстро перебросал Джеку яблоки, которые держал в лапах. Джек ловил каждое из них левой рукой, в свою очередь перебрасывая в правую и укладывая обратно на блюдо.

Последним Дрейкос выплюнул пятое яблоко. Джек поймал его и помедлил, сделав вид, что оно обслюнявлено.

Он внимательно осмотрел яблоко, скорчив гримасу показного отвращения, которая вызвала новый приступ хихиканья детенышей, и бросил яблоко обратно Дрейкосу. Дракон поймал его пастью, отфутболил по кругу каждой из лап и кинул обратно в рот. Вспышка острых зубов — и яблоко исчезло.

— Мой изумительный электромеханический ассистент Дрейкос, должно быть, пропустил сегодня обед, — сухо проговорил Джек сквозь щелкающие аплодисменты. — А теперь — кто принес колоду карт?

Глава четырнадцатая

Представление, по скромному разумению Джека, имело сокрушительный успех. Он никогда раньше не делал подобных шоу, но нынешнее получилось на славу, как будто он обучался этому искусству всю жизнь.

Большинству трюков, которые он показывал, его научил дядя Вирджил — или для того, чтобы клянчить деньги на улицах, когда Джек был маленьким, или, позже — для того, чтобы отвлекать внимание во время жульнических махинаций, которыми они занимались на пару. Дядя Вирджил обучил его также тому, что обычно называют ловкостью рук — предмету, совершенно необходимому как для мошенничества, так и в качестве упражнения во время тренировок по взлому сейфов и искусству чистки карманов.

И, конечно же, бойкий треп, к которому прибегает практически каждый фокусник, чтобы отвлечь внимание публики — это тоже можно было назвать своеобразным артистическим жульничеством. Джек словно вернулся к старой жизни. Почти как если бы никогда ее и не оставлял.

Единственной разницей было то, что на сей раз публика дала бы ему деньги добровольно, сама, их не требовалось воровать. Когда дядя Вирджил настаивал, чтобы Джек не забывал его тренировок, у него, вероятно, было на уме несколько другое.

Однако самым большим сюрпризом вечера, по крайней мере для Джека, оказался Дрейкос. С момента, когда он начал исподтишка жонглировать за спиной Джека, дракон самым естественным образом вошел в роль смышленого и слегка развязного ассистента фокусника. И он замечательно сыграл свою роль. Даже когда трюки Джека не производили особого впечатления, вдохновенная клоунада Дрейкоса за его спиной возмещала недостающее с лихвой.

Меньше всего Джек ожидал подобного от полного достоинства, благородного воина к'да.