Она посмотрела на него весьма хмуро, что он перенес терпеливо. Он казался воплощением рассудительности, но, наверное, он не сознает, что на них надвигается…

– Вы понимаете, – осторожно сказала она, – что по окончании событий, о приближении которых нас оповестил капитан Веллик, Солсинтры, вероятнее всего, просто не будет?

– Я это слышал, да. Мы, конечно, попытаемся поднять те корабли, которые имеются…

– Нет.

Она махнула той рукой, которая не была занята черной с серебром книгой, оборвав фразу, которую он собирался произнести.

– Этот корабль… вы ведь составляли контракт! Этот корабль должен принять всех членов Семейств Службы, которые теперь именуют себя Высокими Домами. Тут есть место для вас и ваших людей, не сомневайтесь, хотя вам придется погрузиться в сон…

«А что, если дело именно в этом?» – вдруг подумала она. Возможно, дэа-Гаусс, несмотря на всю свою рассудительность и свой твердый смелый взгляд, боится медленного сна…

– Я выразился недостаточно ясно, – сказал он и наклонил голову. – Дело втом, что новый совет лишил род дэа-Гаусс права службы. Нас сочли верными тем, кто нас бросил, и новый совет желает избрать собственных…

От дерева внезапно пришло ощущение резкого порыва ветра…

Ветер оказался реальным: он взметнул ее волосы, заполоскал рукава туники Тор Ана, а потом стих.

32. «Быстрый переход»

Стих так же неожиданно, как поднялся, оставив того, кто был известен как Руул Тайазан, стоять – встрепанного и запыхавшегося – в стенах корабельного мостика.

– Что произошло? – вскричал он, не только гневно, но и испуганно, как показалось Тор Ану.

Руул поднял руку и отбросил непокорные рыжие локоны с лица. Черное кольцо на его указательном пальце мигало, быстрое и хитрое, словно живой глаз.

– Проблема? – спросила Кантра йос-Фелиум, и ее изогнутая бровь приподнялась в открытой иронии.

– Наверное, вы согласитесь, что пристальное внимание айлохинов – прошу прощения, шериксов – это проблема, – огрызнулся тот, уже немного выровняв дыхание и переключившись со страха исключительно на гнев. – И как они могли не сосредоточиться на столь демонстративной вспышке энергии и…

Он замолчал: его взгляд переместился с лица пилота на то, что она продолжала держать в руке.

– Понимаю, – пробормотал он и протянул руку. – Могу ли я…

К стыду Тор Ана, первым отреагировал дэа-Гаусс, который встал между главой клана и потенциальной угрозой.

– Книга принадлежит Корвалу и больше никому, сударь, – холодно заявил он. – Посторонние не смеют…

Руул Тайазан повернул руки ладонями вверх и улыбнулся нотариусу.

– Мир, мир, сэр… дэа-Гаусс, кажется? Я…

– Действительно, дэа-Гаусс, хотя я и не поднялся до обращения «сэр».

– О! Прошу простить мою оплошность: я не хотел быть невежливым ни по отношению к вам, ни к Клану Корвал. Просто…

– Тихо! – громко приказала пилот Кантра – и тут же стало тихо.

Руул Тайазан поклонился ей без иронии или раздражения, как и было положено кланяться главе клана Корвал. Его примеру последовал и господин дэа-Гаусс, который, однако, не ушел со своего места между пилотом и драмлизом.

– Так вот, мне казалось, – решительно заявила пилот Кантра, и окраинный говор стал заметнее, чем во время церемонии, – мне казалось, что на моем корабле я – капитан. Мне казалось, что я с кем-то разговаривала.