Тут он открыл рот – хоть и не может вспомнить, что собирался сказать. Кантра предостерегающе подняла изящную руку:

– Выслушай меня, – сказала она, и ему могло показаться, что в глазах у нее блестят слезы. – Просто выслушай меня до конца.

Он снова отодвинулся в глубину кресла, шевельнув пальцами в знаке «продолжай».

Она сидела, опустив голову. А потом вздернула подбородок и отбросила волосы с лица.

– Хотя шансы на стороне подготовленного разума, – сказала она, и ее губы чуть изогнулись в том, что, как ему показалось, она собиралась выдать за улыбку, – мы должны помнить, что я неопытна, а у плана наверняка будут недостатки. И потому я попрошу тебя, пилот Джела, о помощи. Ты будешь знать прежнюю меня – то, что останется, – которая скрывается под новой личностью. И если ты хочешь исполнить просьбу дамы, ты не должен – ни на мгновение не должен – замечать этого призрака. Та, кто прячет этого призрака в своем сердце, – она будет той, с кем ты имеешь дело. Называй ее только тем именем, которое она тебе назовет. Не делись с ней ни одной из своих важных тайн. Не рассчитывай на то, что она будет действовать, думать или чувствовать так, как это сделала бы пилот, которую ты видишь перед собой. Верь – и я знаю, что это будет нелегко, пилот, знаю! – верь, что, несмотря на все, она будет вести тебя к цели, которую мы перед собой поставили и которую приняли. Ты пообещаешь мне это, пилот?

И он дал ей свое слово, глупец! Солдат.

Тогда она улыбнулась, встала, протянула ему свою тонкую руку и попросила об успокоении и утешении.

Он дал ей и это – и воспоминание об этой близости стало одним из самых лучших в его жизни. Настолько, что ему стало немного грустно, что она не произошла в его жизни раньше, чтобы дольше можно было хранить это воспоминание.

Когда в его жизнь вошла тэй-Нордиф, властная и высокомерная, он задавил свой ужас и сдержал слово, данное своему пилоту. Он гордился тем, что ни разу не сбился, играя роль рабочего, перенося дерево и веши ученого.

А Кантра – или то, что осталось от Кантры в женщине, считающей себя Мэйлин тэй-Нордиф, – она сыграла свою роль не хуже или даже лучше. Он сомневался – да, сомневался, – что она справится с глушителем, и заранее содрогался при мысли о том, какие умственные ухищрения ему понадобятся, чтобы дело было сделано, но она все сделала сама, чисто и безукоризненно, лучшего и желать нельзя было.

Он пошевелил пальцами над клавиатурой, с усилием возвращая свои мысли к настоящему и к плану атаки. Сначала – осторожное прощупывание систем безопасности, защищающих различные мозги в башне, и создание карты иерархий и соединений.

«Этого хватит, чтобы занять тебя на час-другой, пока ученая приятно откушает со своими соратниками», – сказал он себе и ухмыльнулся.

Разобравшись с защитами, он сможет создать себе шпионов, а когда у него появятся карты, он сможет приняться за главную работу – получение уравнений, которые спасут ту жизнь, которая есть, от врагов всего сущего.

Ала Бин тэй-Велфорд взял бокал, занял свое обычное место у стола с закусками и оглядел зал.