— А почему Служба безопасности направила тебя к нам? — спросил Спарроу.

Рэмси молчал.

Спарроу повернулся и посмотрел на него, будто что-то взвешивая.

— Не буду принуждать тебя к откровенности, — сказал он. — Впереди достаточно времени до нашего возвращения домой. — Его лицо приняло горькое выражение. — Служба безопасности! Да половина наших неприятностей связана с ними.

Рэмси не произнес ни слова.

— По счастью, ты хороший офицер-электронщик, — произнес Спарроу. — И нет сомнений, что именно поэтому тебя к нам прислали. — На его лице неожиданно появились признаки нерешительности. — Ведь ты человек из Службы безопасности, верно?

«Если он действительно так считает, я смогу скрыть свое настоящее задание. Хотя мне это и не по душе», — подумал Рэмси.

— Мне были даны указания, сэр, — ответил он.

— Конечно, — произнес Спарроу. — Это был глупый вопрос.

И снова нерешительность во взгляде.

— Хорошо, я буду… — внезапно командир замер.

Рэмси тоже чуть не выдал своего удивления. Вшитый в его шею шарик только что резко свистнул! Он знал, что аналогичное устройство у Спарроу также отреагировало на сигнал.

Спарроу повернулся к двери и побежал на центральный пост. Рэмси ринулся вслед за ним. Они остановились перед огромным главным пультом. Сидящий за монитором Гарсия обернулся.

— Что-то случилось, командир?

Спарроу не ответил. В его мозгу безостановочно крутились слова, рожденные уничтожением за последние месяцы двадцати подводных буксиров: «Из ушедших двадцати двадцать не смогли дойти…»

Рэмси, стоя позади Спарроу, удивительно четко осознавал напряженную атмосферу, повисшую в помещении центрального поста, вопросительное выражение лица Гарсии, пощелкивание автоматических приборов, колебания палубы под его ногами.

Шарик, вживленный в шею, начал посылать ритмичные сигналы. Гарсия отступил на шаг от пульта.

— Что случилось, командир?

Спарроу жестом попросил его замолчать и повернулся направо. Рэмси пошел за ним. Сигналы стали затихать. Неверное направление.

— Возьми пеленгатор сигналов, — произнес Спарроу, через плечо обращаясь к Рэмси.

Рэмси повернулся к задней переборке, снял с полки прибор и, включив его, присоединился к Спарроу. В динамике пеленгатора в такт сигналам встроенных в шею шариков раздавался пульсирующий свист.

Спарроу повернул налево. Рэмси следовал за ним. Звуки пеленгатора становились все громче.

— Шпионский радиосигнал! — сказал Гарсия.

Спарроу подошел к пульту управления погружением. Рэмси неотступно следовал за ним. Звуки в пеленгаторе становились все громче. Они прошли мимо пульта, и сигналы стали затихать. Командир и Рэмси повернулись и встали лицом к пульту. Теперь пеленгатор звенел с удвоенной силой.

«Гарсия был один. Не мог ли он запустить сигнальное устройство?» — подумал Рэмси.

— А где Лес? — спросил Спарроу.

— В носовом отсеке, — ответил Гарсия.

Спарроу, казалось, пытался глядеть сквозь стоящую перед ним стену.

«Возможно, он думает, что Боннетт посылает этот сигнал», — подумал Рэмси. В порыве внезапного отчаяния возникла мысль: «Неужели это возможно?»

— Лес! Быстро на центральный пост на второй палубе! — скомандовал Спарроу в нагрудный микрофон.

Боннетт подтвердил, что слышал приказ, и они тут же услышали звуки его шагов, грохочущие по металлическому трапу. Командир отключил микрофон.