Рэмси повернулся и поспешил в электронный отсек. Спарроу последовал за ним. Энсин слышал, как капитан на ходу говорит в нагрудный микрофон:

— Джо, достань контейнер для сбора мусора и приготовь торпедный аппарат для запуска этого передатчика. Если повезет, мы пошлем преследователей из стана Восточного Альянса в погоню за морским течением.

Рэмси положил на рабочий стол мягкую тряпочку и поместил лампу на нее.

— Если ты умеешь молиться, помолись сейчас, — произнес Спарроу.

— Ничто в этом крошечном приборе не способно выдавать столь мощный сигнал, — заявил Рэмси.

— Но он выдает, — заметил Спарроу.

Рэмси остановился, чтобы вытереть вспотевшие руки. В его мозгу пронеслась мысль: «Что покажут записи дистанционного измерителя о теперешнем состоянии эндокринной системы Спарроу?»

— Дьявольщина! — пробормотал Спарроу.

— Мы играем по крупному, — произнес Рэмси. Захватив лампу штангенциркулем, он определил ее размер. — Стандартный размер для Z02R.

Он положил ее на весы, а на другую чашечку весов — стандартную лампу. Лампа-шпион перевесила.

— Она тяжелее стандартной, — заметил Спарроу.

Рэмси добавил разновесы, чтобы восстановить равновесие.

— Четыре унции.

— Через четыре минуты достигнем глубины выпуска. Поймали свободное течение, — из динамика над их головами раздался голос Боннетта.

— Как ты думаешь, мы сможем еще что-либо узнать об этой штуке? — поинтересовался Спарроу.

— Если не нарушать ее целостности, то ничего, — произнес Рэмси. — Конечно, можно просветить ее рентгеном и выявить некоторые детали ее внутреннего устройства, — тряхнув головой, добавил он.

— Наверняка на борту еще остались такие штуки, — произнес Спарроу. — Я уверен, что они попадутся нам.

— Почему вы в этом уверены?

Спарроу посмотрел ему в глаза.

— Назови это предчувствием. Эта миссия особенная, — капитан взглянул на лежащую на столе лампу. — Но, клянусь всеми святыми, мы должны успешно выполнить ее!

— Две минуты, — раздался из динамика голос Боннетта.

— Итак, позвольте свести воедино те данные, которыми мы располагаем.

— Действуй, пока есть время, — Спарроу взял в руки лампу.

— Они могут услышать шум двигателей, — сказал Рэмси и покраснел, вспомнив о ритмичных сигналах вшитого в шею устройства.

Спарроу безрадостно улыбнулся, повернулся и вышел за дверь. Спустя некоторое время из селектора внутренней связи раздался его голос:

— Мы у торпеды. Готовы к запуску этой штуковины, Лес. Докладывай показания измерителя статического давления.

— Четыреста девяносто, четыреста семьдесят, четыреста сорок… четыре сотни ровно! — ответил голос Боннетта.

Рэмси услышал слабый звук выстрела торпеды, эхом ударивший в переборку.

В динамике внутренней связи зазвучал голос Спарроу:

— Погружение!

Палуба «Тарана» резко накренилась. Сквозь невыносимую до скрежета зубов вибрацию грозно раздавался рев двигателей. Рэмси взглянул на шкалу, отображающую уровень шума. Слишком высок. Глушителям не удастся подавить его.

— Рэмси, переведи систему внутреннего давления на ручное управление, — громыхнул из динамика голос Спарроу. — Настрой атмосферу лодки на предполагаемую глубину. Забудь про графики Халдейна и кессонную болезнь. Сейчас нам нужно только одно: холодное течение и 7000 футов воды над нами.