Лицо Сумы превратилось в маску ненависти. Его глаза горели, как топазы, на атласно гладком лице. Зубы были сжаты. Он заговорил, словно хлестал бичом:

— Пятьдесят лет назад мы были побежденным народом, поносимым Соединенными Штатами! А теперь, совершенно неожиданно, мы оказались победителями, а вы проиграли нам. Растление Японии Соединенными Штатами и Европой остановлено. Наша культура победит. Мы окажемся доминирующей страной в двадцать первом веке.

— Вы говорите, как военные правители, которые преждевременно сочли нас побежденными после Пирл-Харбора, — резко ответила ему Лорен. — Соединенные Штаты обращались с Японией после войны много лучше, чем мы могли рассчитывать, если бы победителями оказались вы. Ваши армии насиловали бы, убивали и грабили в Америке точно так же, как они делали это в Китае.

— Кроме нас, вам придется также иметь дело с Европой, — предостерег Диас. — Их торговая политика далеко не столь терпима и благожелательна к Японии, как наша. И во всяком случае, новый европейский Общий рынок собирается встать стеной против вашей экономической экспансии. Будут ли они подвергнуты ядерному шантажу или нет, они закроют свои рынки для ввоза японских товаров.

— В длительной перспективе мы просто используем наши миллиардные валютные резервы, чтобы постепенно скупить их производственные мощности, пока не получим несокрушимую экономическую базу в Европе. Это отнюдь не невозможная операция, если учесть, что двенадцать крупнейших банков в мире принадлежат Японии, а это составляет почти три четверти всей рыночной стоимости активов остальных иностранных банков. Это значит, что мы правим рынком больших денег.

— Вы не сможете вечно держать мир в заложниках, — сказал Питт. — Ваше собственное правительство и народ восстанут против вас, когда они обнаружат, что все боеголовки мира нацелены на Японские острова, а не на Соединенные Штаты и Советский Союз. А возможность еще одного ядерного нападения становится весьма реальной, стоит одному из ваших заминированных автомобилей случайно взорваться.

Сума покачал головой.

— Наши электронные замки намного надежней ваших и русских. Не будет никаких взрывов; пока я лично не введу правильный код.

— Не можете же вы и вправду начать ядерную войну! — воскликнула Лорен.

Сума засмеялся.

— Мы не собираемся предпринимать ничего похожего на те глупые и жестокие меры, которых можно ожидать от Белого дома и Кремля. Вы забываете, что мы, японцы, знаем, что такое ужасы атомной войны. Нет, Проект «Кайтен» является куда более технически совершенным, чем тысячи боеголовок, нацеленных на крупные города и военные базы. Бомбы предусмотрено взорвать в отдаленных, ненаселенных районах, чтобы создать мощное электромагнитное поле, способное разрушить всю вашу экономику. Количество убитых и раненых будет минимально.

— Вы действительно собираетесь сделать это, не так ли? — сказал Питт, прочитав мысли Сумы. — Вы и в самом деле хотите взорвать бомбы?

— Почему бы и нет, если обстоятельства позволяют это сделать. Мы не боимся немедленного ответного удара, поскольку электромагнитное поле эффективно подавит все американские, натовские и советские системы коммуникаций и вооружений. — Японский промышленник смотрел на Питта холодными темными глазами тирана. — Пойду я на этот шаг или нет, вам, мистер Питт, узнать не придется.

На лице Лорен промелькнул испуг.

— Разве Дирк и Ал не летят в Вашингтон вместе с сенатором Диасом и со мной?

Сума испустил продолжительный вздох и очень медленно покачал головой.