- Но... но, - ошеломленно смог выдавить из себя Гвор, - Дракон, он сам убивает людей. Всего в двадцати перестрелах отсюда есть деревня, там...

- Да ну?! А эти твои люди - что, сплошные ангелы? Не они ли охотятся в лесах, сетями перегораживают горные ручьи? Не они едят мясо только что убитых животных, с которого еще капает кровь?

- Жабы! - отчеканила гордо выступившая вперед рыжая девица. - Сколько жаб вы погубили, разъезжая на своих конягах по болотам! Сколько мышей подавили безжалостные тележные колеса!

- А птицы! - выкрикнули из толпы. - Сколько несчастных птиц бьется насмерть о флюгеры королевских башен!

- А может, кто другой, - продолжала румяная девчонка, - совсем даже не йомены из твоей любимой деревни выжгли огромную часть леса, чтобы на следующий год сеять там свои зерна? Чтобы вырастить их и тоже потом сожрать! Вот и дракон тоже хочет есть, и не людям запрещать ему делать это! Почему это только им можно!? Можно убивать ради еды и даже ради развлечения, а дракону, видите ли, нельзя! Чуть только он съел пару их драгоценных коровенок, они... они в крик: проклятый дракон!

Девчонка видно взвинтила себя до крайности, даже задохнулась от гнева на середине фразы. Она стукнула кулачком по колену Гвора. Если бы его спросили, он отсоветовал бы - шипованные поножи боевых доспехов не самое лучшее место для стучания кулаком. Ненормальная с криком боли отдернула руку, плюнула под копыта Седого и, с ненавистью глядя в забрало гворова шлема, прокричала:

- Убийца!! Драконьер!!

Ее сотоварищи, образовав тем временем живую цепь, перегородили тропу.

- Нет драконьерам!! Нет драконьерам!!

- Остановим варварский промысел!!

Да что они тут все, с ума посходили! Гвор тоже хотел плюнуть с досады - хорошо про шлем вовремя вспомнил. Можно ставить ржавую подкову против всех богатств Короля - от этого гама дракон проснулся и несется сейчас на всех парах сюда, дабы взглянуть, что происходит. Можно, конечно, пустить Седого на эту толпу недорослей, тут же разбегутся со страхом, а не разбегутся - что ж, парочка искалеченных товарищей надолго охладит их пыл. Но Гвор все никак не мог себя заставить - дети же почти, несмышленыши, кто красиво говорит, за тем и пойдут. Нанимаясь на службу, "черные ландскнехты" всегда оговаривали, что ни за какую плату не будут усмирять крестьянские бунты или ремесленные волнения. Они - воины. А воин прежде всего чтит Кодекс, пусть десятилетия Вековой войны и заставили многих забыть его заповеди.

Надо попробовать еще раз.

- Послушайте! Сейчас не до шуток! Там, в пещере дракона страдает от голода, холода и страха человек! Ни в чем неповинная девушка! Принцесса Линая! Дракон похитил ее, убив при этом двух человек, и держит в плену, она ждет помощи...

Девчонка снова перебила. Что за люди, никакого воспитания.

- А-я-я-яй... - издевательски протянула она, - какое горе! Бедная девочка! А когда человек из-под только что ощенившейся суки, выхватывает весь выводок, одного сажает на цепь в холодную конуру и кормит объедками со стола, а остальных топит за ненадобностью, ты что тоже со всех ног бежишь помогать?! Не-ет, это в порядке вещей! Людям можно заводить домашних животных, а драконам почему-то нет! Ему тоже одиноко, тоже хочется живую душу рядом, которую он будет любить. Страдает, говоришь? Это от непривычки. Холеная принцесска привыкла, чтоб вокруг нее суетились сто фрейлин, и от одного ее движения бровью все падали на колени. А с драконом так не выходит! Ничего - пообвыкнется, будет и в пещере жить, как в замке! Дракон будет ее кормить, играть, гулять с ней...

- Да вы что издеваетесь! - За время ее монолога Гвор медленно закипал и сейчас, наконец, ярость прорвалась наружу. - Принцесса в собачках у дракона! Да если Король про это прознает... я и полгроша не дам ни за дракона вашего любимого, ни за всех вас!

- А это мы еще посмотрим! - Вперед выступил звериного вида мускулистый парень со смуглой кожей.