* * *

Проснулась я резко, от стука. Потерла глаза, не понимая, что Хорриблу понадобилось посреди ночи: за окном еще темно, небо усеяно алмазами звезд. На чугунных шипах решетки мерцает лунная роса.

Стучал не слуга. В зеркале стоял ифрит. Я вскочила на ноги, покачнулась от мимолетного головокружения, но тут же пришла в себя и бросилась к Озриэлю, на ходу вытаскивая карандаш и пытаясь расправить мятое платье, в котором так и уснула.

«Ты пришел!»

«Где ты была?»

Моя рука растерянно замерла.

«О чем ты? Я была тут…»

«Я заходил час назад, но тебя… неважно. Вот, — он порылся в кармане, извлек сложенный вчетверо листок, расправил и показал мне, — я нашел способ».

Я вгляделась в неровные, наполовину выцветшие строчки и недоуменно нахмурилась: какие-то значки и непонятные письмена. Похоже на… формулу? А сам клочок совсем недавно явно был частью какой-то очень старой книги.

«Что это? Ничего не понимаю…»

Озриэль кивнул, мол, знаю, развернул листок к себе и принялся покрывать зеркало торопливыми пояснениями, поглядывая в пергамент.

Пока он писал, я с болью в сердце разглядывала любимого. Сейчас он был похож на ровесника моего дедушки Арчибальда.

«Озриэль, ты здоров?»

Ифрит коротко взглянул на меня.

«Ну, конечно. Просто устал, не обращай внимания».

А рука нервно трет карандаш.

Когда он закончил писать, я пробежала глазами строки и беззвучно хлопнула в ладоши. Это то, что нужно!

«Уверен, что получится?»

Он помедлил и кивнул.

«Если сумеешь найти все ингредиенты… Попробую отыскать рецептуру попроще, но пока альтернативы нет».

«Не нужно, эта подходит».

«Что ты задумала? Ничего без нас не предпринимай».

«Но…»

«Пообещай!»

«Обещаю…»

И скрещенные пальцы за спиной. Прости, Озриэль, но так нужно.

Если получится выбраться из замка, найду первое попавшееся зеркало и свяжусь с ним.

«Озриэль, ты ведь услышишь меня из любого зеркала, если я просто постучу в него?»

«Нет, для этого нужно заклинание вызова ифритов — чтобы позвать именно меня в конкретное зеркало».

«А как…»

Но тут он вздрогнул и прислушался, как будто его кто-то окликнул.

«Что такое? Ты в опасности?» — заволновалась я.

«Мне пора. Ты все поняла?»

Вместо ответа я показала ему листок, куда подробно переписала инструкции. Хотелось написать напоследок все то, что принято говорить, прощаясь с кем-то навсегда — я ведь не знаю, удастся ли мне сбежать до этой таинственной проверки, — но я боялась, что тогда ифрит останется и случится что-то непоправимое. Я не могла допустить, чтобы он из-за меня пострадал, поэтому просто повторила, что очень сильно его люблю.

Он торопливо написал то же самое и исчез. Я устало потерла глаза и еще раз просмотрела расшифровку формулы — зелье, активируемое заклинанием. Наверняка Озриэль приложил немало усилий, чтобы отыскать такое, с которым справилась бы даже я, не имеющая опыта зельеварения. Вся загвоздка только в компонентах. Я несколько раз тщательно все перечитала и повторила на память, а потом порвала листок на мелкие кусочки и съела. Это лишний раз доказывает, как я устала — в противном случае, догадалась бы сжечь.

ГЛАВА 17,

нервная во всех отношениях

Я едва дождалась утра и с первыми лучами рассвета потрясла маленький золотой колокольчик, который Хоррибл оставил вчера на всякий случай. На зов явился Атрос.