— Для того чтобы запомнить звуки, которыми обозначают «загрязненный воздух», вовсе не требуется много лет, — возразил Киндан. — Этот и другие сигналы, предупреждающие об опасности, я выучил самыми первыми.

Он не стал уточнять, что понимать стража порога его учила Силстра, да и обучение это продолжалось очень недолго.

Тарик снова помотал головой.

— Я не видел никаких признаков огня.

— Это мог быть маленький карман, — предположил Наталон, задумчиво поглаживая подбородок. — Взрыв вызвал обвал.

— Карман, который не смог обнаружить страж порога? — глумливо бросил Тарик. — Данил так расхваливал этих тварей. Я уж подумал, что у них, наверно, носы волшебные.

Киндан вскинул на родича Наталона негодующий взгляд, но мастер Зист всё сразу понял и подвинулся так, чтобы заслонить Тарика от мальчика. Протянув руку, он накрыл руку Киндана своей большой ладонью и предостерегающе сжал ее.

— Если кто-то угодил киркой прямо в карман и высек искру, всё могло закончиться раньше, чем страж порога мог отреагировать, — не сдавался Наталон.

— Да неужели? — Тарик, казалось, испытывал от своих слов огромное удовольствие. — В таком случае какой же от них прок? Я вот что скажу: нам только повезло, что мы наконец-то избавились от этой обузы. Без этих тварей работа в шахте пойдет куда быстрее.

Наталон открыл было рот, чтобы возразить, но его перебил мастер Зист:

— Так, а что же будет с Кинданом?

Наталон и Тарик даже растерялись. Они, похоже, успели забыть о том, что Киндан находится в комнате вместе с ними.

— Этот дом слишком велик для него, — заявил Тарик. — Есть множество людей, которые сумеют использовать его гораздо лучше.

— Там остались воспоминания, — негромко заметил мастер Зист, как будто разговаривая с самим собой. — Не стоит оставаться там, где слишком много воспоминаний.

— Э-э-э… — задумчиво протянул Наталон.

— Я могу поселиться в этом доме, — сказал Тарик таким тоном, словно намеревался оказать всем великое благодеяние. Он посмотрел на Наталона и добавил: — У тебя скоро прибавление, так что будет лучше, если я со своими не буду мешаться у вас под ногами.

— Что ж, — медленно произнес Наталон, — если Киндан не возражает…

— Это не его дом, чтобы возражать или не возражать! — яростно вскинулся Тарик. — И всё равно его нужно будет освободить, когда начнется Падение Нитей.

От бесцеремонности Тарика Киндан пришел в настоящую ярость.

— Но всё это не дает ответа, где будет жить мальчик, — строго сказал мастер Зист, игнорируя реплику Тарика.

— Его нужно всунуть к кому-нибудь, кто согласен кормить лишний рот, — проворчал Тарик. — Может быть, его возьмет Норла.

Норла была матерью Зенора. Киндан любил ее, хотя она всё время носилась со своими многочисленными дочерьми. У нее он жил бы вместе с Зенором, а это было бы прекрасно. Но так ли это прекрасно, как ему кажется? Киндан решил рассуждать трезво. Разве это хорошо, если он будет сидеть в классе мастера Зиста, а Зенор в это время вкалывать в шахте? Нет, пожалуй, это плохая идея. К тому же Киндан не был уверен, что ему так уж хочется стать старшим братом четырем маленьким девочкам, одна из которых еще лежит в пеленках.

— Он должен войти в семью, где меньше всего детей, — напомнил Наталон старинное правило об усыновлении сирот. — К тому, кто имеет опыт воспитания детей, но не сочтет это чрезмерно тяжелым бременем.