|
Тот успел перехватить одного за руку. Короткий вскрик, на который обернулись лишь немногие, ознаменовал собой быструю расправу, результат которой - сломанная рука - никого из невольных зрителей не удивил. Подвывающего вора утянули в толпу его подельники. Хакон не обернулся - и так знал: тому сейчас втолковывают, как ему повезло - всего лишь руку сломали. Ещё Хакон знал, что якобы хлопавшая ушами деревенщина - мальчишка и парень, теперь под запретом у воровской гильдии. Её мастера разглядели: именно их сопровождают маги-Драконы. Андре же так и не понял, что произошло - только Фарран оглянулся на вскрик, но даже он происшествия не успел заметить.
Первым делом направились в сельскую часть рынка. Здесь быстро приглядели хороших лошадей и под седло, и на полевые работы, а к ним - тройку телег. Посещение оружейной лавки привело в восторг как юного будущего лорда, так и его оруженосца. Чтобы отнести к телегам всё набранное оружие, пришлось взять прислугу из той же лавки. Тут же нашли зерно под семена и орудия для обработки земли. Взмыленный с непривычки, но уже освоившийся на рынке, радостный Фарран всё бегал смотреть на покупки в стойла рыночной конюшни, снятые магами до времени отъезда. Ему нравилось, что у них теперь даже помещение для лошадей есть, пусть и временное. Затем наскоро перекусили в трактире при рынке и направились в другую часть площади - на рынок, где мальчишка должен был отобрать человеческий товар для деревни и для замка.
Если сначала, после сытного обеда, Андре и Фарран расслабились, то сейчас снова насторожились. От лошадиных стойл пришлось снова пройти довольно плотную толпу, прежде чем все четверо путешественников оказались в самом настоящем загоне для скота. Только человеческого. Этот угол рынка был огорожен небрежно. Ничего удивительного. Он состоял из отдельных клеток, открытых всем ветрам и дождям. Или из колод, к которым были прикованы некоторые из человеческого товара. Несмотря на это, воняло здесь страшно и испражнениями, и гнилой кровью. На “пороге” этой части рынка Андре встал, напрягшись, будто вслушиваясь всем телом. Он даже как-то вытянулся, будто стрела, готовая вот-вот пуститься вперёд изо всех сил.
Как оказалось - не “будто”.
Андре обернулся к Хакону:
- Я и правда могу сам выбирать из этих людей?
- Да.
Стеин чуть поморщился. Хакон понял его: не слишком ли спокойно мальчишка говорит о выборе среди рабов? Да и почему он так говорит? Вряд ли потому, что уже успел почувствовать себя хозяином. Тогда…
- А как я пойму, что надо выбирать именно таких, а не других?
- Вспомни замок, Андре, - посоветовал Хакон. - Представь, что на замок напали лесные демоны. Ты защищаешь замок, а рядом с тобой тени людей, которые защищают его вместе с тобой. Доверься своему дару, который пригодился тебе, когда ты вёл своих деревенских к пещере Чёрного хребта.
- Я умею что-то ещё?
- Да.
- Ты научишь меня другому? Чего я пока не знаю?
- Я уже учу тебя. Слушай себя, думай о крепостных стенах замка и о тех, кто будет рядом. Это и есть урок.
Мальчишка будто прислушался к пространству, после чего сорвался с места и побежал между клетями. Здесь народу было немного, но тем не менее время от времени Андре приходилось умерять свой бег, чтобы проскочить между зеваками, глазеющими на рабов. Были здесь и такие.
Маги переглянулись: нет, учить мальчишку торгу пока рано. Мал ещё. Ему пока, кажется, интересней играть со своим даром.
Андре добежал до конца “улочки” и остановился. Подоспевшие к нему мужчины несколько удивлённо уставились на то, на что жадно смотрел мальчишка, ухватившись за жерди, из которых состояла клетка.
Прикованные тяжелейшими цепями, здесь умирали шесть человек. Полуголые, грязные до черноты костлявых тел; заросшие бородами и волосами, милосердно скрывающими их худобу, они лежали вповалку на земле - и даже странно было бы представить хоть на мгновение, что они могут встать. |