– Вексенн из Чампери, – сказала Лессис. – Он в центре всего. Вечно мутит воду.

– А, Фалтус Вексенн. Как же, наслышан. На него имеется толстенное досье. Он выступал за ввоз рабов для работы на полях.

– Это весьма проницательный финансист, подгоняемый всепоглощающей алчностью и крайним эгоизмом. Чрезвычайно опасный противник.

– И впрямь старый приятель, – промолвила Рибела. – Проникнуть в его окружение нам так и не удалось.

– Вексенн, Портеус Глэйвс, Калеб Неф и Сальва Ганн, – монотонно перечислила имена Лессис, – вот заправилы смуты. Я надеялась, что мы наконец избавились от Глэйвса, но измена угнездилась и в стенах города Марнери.

Император кивнул и погладил бороду.

– Что мы можем предпринять? Я жду от вас практического совета.

Лессис сложила руки, словно хотела спрятать лицо в ладонях:

– Судя по всему, войны не избежать: даже если мы попытаемся обойтись без насилия, к нему прибегнут сами повстанцы. Поэтому нам надлежит ударить первыми, чтобы пресечь разрастание мятежа.

– Думаете, следом за Аубинасом восстанет Арнейс?

– Такое возможно, хотя вовсе не обязательно. Похожая ситуация не только в Арейнсе, но и в Кадейне. Среди кадейнских зерноторговцев отмечен рост республиканских настроений. Они спят и видят баснословные прибыли, которые смогут извлечь, расколов единый рынок и взвинтив цены. Чего не позволяет сделать система имперского контроля.

– Хм. А может, мы и вправду слишком жестко контролируем рынок? – промолвил император. – Не препятствуем ли мы естественному ценообразованию? Если зерна слишком много, а покупателей мало, стоит ли сразу выбрасывать на рынок весь хлеб? И не слишком ли низки цены? Могут ли фермеры обеспечить себе достойную жизнь?

– Мы не думаем, что наша политика ошибочна, Ваше Величество, – ответила Лессис. – Фермы Аубинаса и Арнейса процветают. Безусловно, в этих провинциях с опаской смотрят на колонизацию Кенора, ибо в перспективе это грозит им конкуренцией. Но спрос на пшеницу и ячмень достаточно высок, так что жители плодородных земель вовсе не в убытке. Рынок мы регулируем, это правда. Мы стараемся из года в год поддерживать цены неизменными, ибо считаем стабильность благом для общества. Намерение Аубинаса попридержать зерно и взвинтить цены убийственно. К тому же мятежники намереваются замедлить, а то и вовсе прекратить освоение Кенора. Некоторые экстремисты поговаривают о том, чтобы завоевать Кенор и отторгнуть его от Империи.

– Но каким образом? У них нет достаточной военной силы.

– До сих пор это оставалось загадкой. Но теперь мы узнаем какими силами они располагают в действительности.

– Но все же, что делать? Каков ваш совет?

– Сейчас все зависит от военных. Нужно выступить как можно скорее и сокрушить повстанцев.

– Будет собран легион Красной Розы. Одновременно мы подготовим транспорт. Думаю, через месяц наши силы прибудут в Марнери.

– Там тоже есть войска: они размещены на отдых в Голубых Холмах и Дэшвуде. И пара драконьих эскадронов: один в самом городе, а другой в Дэшвуде.

– Верно, об этом я и не подумал. А у мятежников есть драконы?

– Маловероятно, Ваше Величество, об этом бы мы знали. Невозможно вырастить и подготовить к военной службе вивернов так, чтобы это осталось в тайне.

– Но у них могут быть тролли, – заметила Рибела. – В прежние времена зерновые магнаты Аубинаса их покупали.