– Но у них могут быть тролли, – заметила Рибела. – В прежние времена зерновые магнаты Аубинаса их покупали.

– Хм. И при этом мы понятия не имеем, что замышляет наш новый враг, верно? Что вы об этом думаете, леди? – Он пристально взглянул в лицо Лессис, но узрел лишь нечеловеческое спокойствие, какое эта женщина всегда демонстрировала в нелегкие времена.

– Я думаю, что он каким-то образом ко всему этому причастен. Кризис в Аубинасе назревал давно, но в последнее время события ускорились и приобрели размах. Властелин среди нас, но действует тайно. Он знает, как сокрушить мир, подобный нашему, видит, что методы Повелителей из Падмасы в какой-то мере самоубийственны. Он будет вести свою разрушительную работу, укрывшись за спинами заговорщиков и смутьянов.

– Значит, нам предстоят ужасные испытания.

– Да, Ваше Величество. Это абсолютная правда.

<style name="super">    Глава    </style>

<style name="super">тридцать первая</style>

осле утреннего осмотра сердитый с виду Кузо вызвал Релкина в свой кабинет. Закрывая за собой дверь, юноша слегка нервничал.

– Драконир Релкин, я должен с сожалением сообщить, что через десять дней тебе надлежит предстать перед судом. Ты обвиняешься в присвоении золотых слитков, принадлежащих жителям далекой страны.

Релкин мысленно пожал плечами. Лагдален предупреждала его, что аубинасские деньги свободно обращаются среди высших военных чиновников Марнери и трибунала не избежать. Но он явится туда с адвокатом и попросит отсрочки – до тех пор, пока из Мирчаза и Ог Богона не будут получены затребованные показания.

– Все, что я о тебе знаю, драконир, заставляет предположить: золото ты, скорее всего, взял. – Кузо хмуро наморщил лоб, но тут же улыбнулся. – Однако я уверен, что взял ты его по праву.

Релкин не привык к улыбкам командиров и не сразу улыбнулся в ответ.

– Премного благодарен, господин командир.

– Нет, это я должен благодарить тебя, драконир. Честно признаюсь, когда ты неожиданно вернулся с Эйго, меня это несколько обеспокоило. Я опасался, что твое появление не лучшим образом скажется на дисциплине. У тебя великолепный послужной список, множество боевых наград. Ты давно заслуживаешь повышения. Но когда открылась вакансия в Стодевятом, тебя считали погибшим. Командиром был назначен я, а твое возвращение поставило меня в трудное положение.

Релкин крепко сжал губы.

– Так вот: твердо обещаю, что, как только в марнерийских легионах появится вакансия командира драконьего эскадрона, эту должность получишь ты.

– А мой дракон останется со мной?

– Не думаю, что кому-нибудь придет в голову разлучать дракона Хвостолома с его драконопасом. Это было бы слишком большой глупостью.

Релкин кивнул. Хотелось надеяться, что так оно и будет. Бывало, что, получив повышение, дракониры расставались со своими вивернами, но Релкин представить себе не мог, как он будет командовать эскадроном, оставив кожистоспинного невесть на чьем попечении.

– Но до той поры нам придется ладить. Тем более что в связи с мятежом в Аубинасе дел у нас скоро будет по горло.

Релкин аж подскочил.

– Вы хотите сказать, что мы не отправимся в Эхохо?

– Во всяком случае, не в этом году. Нас со дня на день могут послать в Аубинас. Возможно, тебе даже не придется на той неделе являться в суд. Дату заседания, скорее всего, перенесут. Всему, что связано с Аубинасом, сейчас придают первостепенное значение.

– Я подозревал, что это может произойти, сэр. Но, по правде сказать, о том, что мы не попали в Эхохо, жалеть не стоит.