– Так или иначе, – продолжал парнишка, – я не держу зла на Империю из-за смерти Ульмера. Тут у нас многие не слишком-то рьяно поддерживают это восстание. Войну затеяли магнаты, а простым людям от нее никакого проку.

Релкин кивнул. Голова у парнишки явно была на месте.

– Благодарение Богине, Джаррел, что мы встретились с тобой, а не с твоим папашей.

– Ха, это уж точно. Ладно, подождите здесь, а я пойду пошарю по сусекам. Глядишь, что-нибудь и наскребу. Но почему бы для начала не угостить дракона этими кроликами?

– Премного благодарен, Джаррел.

Парнишка направился к дому, а Базил с Релкином затаились под тополями. Голод и тревога не давали юноше покоя. Правильно ли он поступил, доверившись Джаррелу? Релкин молился, чтобы это не оказалось ошибкой. Подобраться ближе он не осмеливался, опасаясь растревожить охранявших столь привлекательные с виду курятники собак.

Базил тихонько зашипел сквозь зубы. Голод подводил его к тому состоянию ума, когда виверн начинал рассматривать как возможную пищу все что угодно, включая мальчиков и даже драконопасов. Релкин торопливо освежевал кроликов и отдал Базилу. Дракон умял их в один присест. Это было немного, но лучше, чем ничего.

Терзаемые беспокойством, они ждали, прислушиваясь к доносившимся с фермы звукам. Замычала корова, которую пригнали с луга, где-то хлопнула дверь, кто-то что-то сказал. Релкин напрягал слух, но все было спокойно.

Со стороны дома потянуло дымком: похоже, там развели огонь и собрались готовить еду. Релкин представил себе изобильный фермерский стол со стопками блинов, колбасами, жареными цыплятами, горячим келутом или легким пивом, и у него потекли слюнки.

Из сгустившейся тьмы появился Джаррел, толкавший перед собой тачку с полной бадьей распаренного в кипятке овса. В придачу имелся еще и кувшин патоки.

– Это для начала, – сказал юнец.

– Здорово! – выдохнул Релкин, ухватив пригоршню горячего овса. Зерна не проварились, но их вполне можно было разжевать, а в сочетании с густой, сладкой патокой блюдо представлялось более чем съедобным. Базил громко заурчал и набросился на еду, не забыв, впрочем, выделить порцию и для Релкина.

Дракон опустошил бадью в несколько мгновений, но сытная, хорошо подслащенная пища явно улучшила его настроение.

Спустя десять минут Джаррел появился снова, на сей раз с шестью длинными булками.

– Боюсь, они уже зачерствели.

Базил слопал весь хлеб за пару минут. Релкин отломил себе половину самой свежей булки и съел с огромным наслаждением.

В третий раз Джаррел принес яблоки, сухие бисквиты и копченый свиной бок.

– Спасибо, Джаррел, ты здорово нас выручил. Я вернусь и отблагодарю тебя, как только смогу. Как только все утрясется.

– Ладно, буду ждать. А ты будь поосторожней в низовьях Бегущего Оленя. Тамошний люд горячо поддерживает восстание. Ежели вас заметят, тут же выдадут властям.

<style name="super">    Глава    </style>

<style name="super">пятьдесят четвертая</style>

озле Оленьего Чертога, на лугу среди рододендронов, высилась молчаливая, сумрачная фигура – Мирк. Футах в пятидесяти слева стоял Весперн. Позади него, всего футах в пяти, колдовала Лессис. Мирк, обычно столь бесстрастный, что казался вовсе лишенным эмоций, определенно чувствовал себя не в своей тарелке. И все из-за птиц. Множества птиц странного, сверхъестественного поведения. Вокруг ведьмы вились скворцы, воробьи, дрозды и даже один сорокопут – все они внимательно приглядывались и прислушивались. Серая Леди разговаривала с дроздом на языке, который явно предназначался для кошачьего, а отнюдь не человеческого рта.