— Это мисс Эрхарт, дочь старинной подруги, — быстро сказал он, желая быстрее загасить многозначительный блеск, промелькнувший в хитрых глазенках Стенча. — Ее дядя, миссионер из Центральной Африки, присоединится к ней через два дня.

— Очень интере-е-есно, — протянул Арчи. — Приедет сюда?

— Ненадолго, — холодно кивнул Мори.

— Я хотел бы встретиться с ним. Африка сейчас самая горячая новость. Ветер перемен. Ха-ха! Вот так, старина. В Конго сейчас штормит. Вам нравится здесь, мисс Эрхарт? Остановились у Мори, полагаю?

— Да, — ответила Кэти на оба вопроса. — Но скоро я уеду.

— Не в дикую Африку? — игриво поинтересовался Стенч.

— Туда.

— Боже мой! — Стенч пришел в восторг. — Вы серьезно? Какой отличный материал получится. То есть вы тоже занимаетесь миссионерским рэкетом… Простите, я хотел сказать, делом?

Кэти слегка улыбнулась, к досаде Мори, словно ее не покоробила бесцеремонность Стенча.

— Я медсестра, — пояснила она. — Еду помочь своему дяде… Он открывает больницу в Квибу, на границе Анголы.

— Молодцы! — просиял Стенч. — Когда все бегут из того края на семи ветрах, вы стремитесь туда. Страна должна об этом услышать. Мы, британцы, никогда не сдаемся. Я загляну после приезда вашего дяди. Угостишь глоточком, дружище, в память о старом добром времени? Что ж, мне пора. Устал зверски. Ездил в деревню Песталоцци, показывал фокусы ребятне. Шестьдесят километров в один конец. Скука чертовская. Но маленькие паршивцы очень хороши. До встречи, мисс Эрхарт, пока-пока, старина. Чудесно, что ты вернулся!

Уезжая, Арчи крикнул из окна, подтверждая будущий визит:

— Так не забудь, я еще позвоню!

— По-моему, милый человек, — заметила Кэти, когда они перешли дорогу. — Как это хорошо с его стороны — развлечь ребятишек.

— Да, он всегда затевает что-то в этом роде. Но… к сожалению, немного развязен, — сказал Мори тоном человека, с неохотой осуждающего другого, и добавил, словно это объясняло все: — Корреспондент «Дейли эко».

Злосчастная встреча именно в тот момент, когда он решал глобальные вопросы, касающиеся души, порядком его расстроила. Стенч представлял угрозу. Будь оно все проклято, подумал Мори, возвращаясь к земному, через полчаса новость о его приезде с Кэти разнесется по всей округе.

И действительно, не успели они вернуться и выпить чаю, как зазвонил телефон.

— Переведите на кабинет, — велел он Артуро. — Прошу прощения, дорогая Кэти, я отлучусь на несколько минут. Наш друг Стенч, как видно, поработал.

Наверху он снял трубку и раздраженно нажал красную кнопку, предчувствуя недоброе; его опасения сразу подтвердились: в трубке прозвучало контральто мадам фон Альтисхофер.

— Добро пожаловать домой, дорогой друг! Я буквально минуту назад узнала о вашем возвращении. Почему вы мне ничего не сообщили? Сколько времени прошло! Вас здесь очень не хватало. Все только и говорят о вашем таинственном исчезновении. Итак, как скоро я могу прийти повидаться с вами и вашей юной гостьей, намеренной посвятить себя Черному континенту?

Поразительно, каким неприятным показалось ему подобное вторжение — не только сами слова, но и любезная манера, и вывернутый наизнанку английский, и даже звучный голос. Он прокашлялся и пустился в поверхностные объяснения, суть которых сводилась к тому, что дела старинных друзей семьи задержали его дольше, чем он предполагал.