— А они могут?

— Легко. Будь у них физические тела, они бы управляли любым кораблем также, как какой-нибудь тренированный годами пилот, вроде Дункана. Как бы то ни было, они смогут нам хотя бы объяснить, как управлять этой колымагой.

— Но у нас на борту ворованный радий и беглый зэк. Как ты им это объяснишь?

— Что-нибудь придумаю. Наши жизни ведь стоят больше, чем этот груз, верно? Варра не умеют читать мысли. А рассказать мы им можем, что угодно, лишь бы звучало убедительно. Например то, что мы — просто исследователи, которые сами того не зная подобрали спасательную капсулу с беглым зэком и грузом радия, который тот украл без нашей помощи.

Олкотт задумчиво потер усы.

— Ей-богу, твой план по надежности, конечно, не швейцарские часы. Но ты прав. Историю придумать — как два пальца. И даже доказывать ничего не придется.

Он обернулся и рассмотрел лежащего Дункана.

— Однако, есть одна проблема. Этот псих должен молчать в тряпочку.

Хартман потянулся к пистолету, но Олкотт покачал головой.

— Нет. Эй, Дункан! Ты капитально облажался. Но мы все еще можем вернуться живыми на Землю и остаться в выигрыше. Но под Надзором это не получится. Может, хватит глупостей? Помоги нам вернуться, и я заплачу тебе то, что обещал — полмиллиона кредитов.

— Пошел к черту! — последовал четкий и злобный ответ.

— Мы теряем время. Плутон уже совсем рядом…

В голосе Хартмана послышался панический страх.

— Здесь же есть аварийный люк? Замечательно.

Олкотт спешно надел на себя скафандр, после чего жестом указал Хартману сделать то же самое.

— Помоги мне.

Олкотт схватил Дункана за плечи, а Хартман за ноги. Кряхтя и напрягаясь, как портовые грузчики, они перетащили связанного Сола в герметичный шлюз, закрыв за собой гермодверь. С другой стороны уже ждал запущенный механизм аварийного люка. Сквозь прозрачные стекла иллюминаторов по-прежнему виднелась только черная пустота.

— Знаешь, как включать?

— Да, это просто, — сказал Хартман. — Вот этим рычагом… очевидно, он подает питание.

Дункан все еще молчал, даже когда его собирались грубо столкнуть из люка. Однако, вместо этого, над ним склонился мрачный Олкотт.

— У тебя в баллоне достаточно кислорода. И ты сможешь развязаться прежде, чем упадешь на Плутон. Приземлишься или нет — там видно будет. Может, Опустошители обнаружат тебя раньше… все еще не передумал?

Дункан не ответил.

— Хватит валять дурака, — скривился Олкотт. — Ты же знаешь, что можешь погибнуть на Плутоне. Последний раз спрашиваю — ты отвезешь нас домой?

Последовало долгое молчание. Резким движением, приглушенно ругаясь, Олкотт опустил лицевое стекло сперва на шлеме Дункана, а затем на своем. Хартман проделал то же самое со своим, после чего мягко коснулся кнопки включения Надзора.

Маленький кристалл начал мягко светиться холодный светом. Олкотт поспешил подать питание на свой шлем. Варра скоро свяжутся с ними. Времени мало.

Лицо Олкотта потемнело от гнева. Он сделал резкий, нервный жест рукой, дав понять Хартману, что время пришло. Тот, в свою очередь, дернул за рычаг, и створки люка медленно поплыли в стороны. В уши ударил прерывистый гудок сигнала открытия аварийного люка.

Когда створки полностью открылись, Хартман и Олкотт подтолкнули связанного Дункана к выходу, наблюдая, как он с бешеной скоростью падает вниз, прямо к поверхности Плутона.