Капитан и старший лейтенант внутренних войск из оцепления нервно курили, поглядывали на зевак, пытающихся подойти как можно ближе к оцеплению. Они переговаривались, бросая взгляды в сторону автобуса и черной «Волги» с антеннами на крыше.

– Кто они такие? – спросил старлей. – Откуда взялись?

– «Альфа», наверное.

– Да нет, я «Альфу» знаю, не похоже.

– Тогда, наверное, «Дельта» или «Алмаз».

– Расформировали «Алмаз» давным-давно.

– Ну, тогда и не знаю. Никаких шевронов я не заметил, но, судя по всему, мужики серьезные.

– А автобус чей?

– Такого не видел. Вроде старый.

– Дай зажигалку, у меня газ кончился, – попросил капитан.

Старлей щелкнул своей, поднес огонь к погасшей сигарете. Капитан затянулся.

– Интересно, а сколько их там, этих чеченских террористов?

Капитан со старлеем хоть и были людьми в погонах, но непосредственно в операциях им участвовать не приходилось. В большинстве случаев они перекрывали улицы, стояли в оцеплении.

– А требования у них какие, не слышал, лейтенант?

– Мне, товарищ капитан, они никаких требований не предъявляли. Представляете, я уже домой собирался, как по тревоге подняли.

– А мне без разницы, я дежурный сегодня до завтрашнего утра.

Солдаты в длинных шинелях стояли плечо к плечу, перекрыв выход из бомбоубежища на сквер, а также близлежащие улицы.

Подъезжали служебные машины. Появился и Елфимов. На нем был генеральский бушлат и новенькая каракулевая шапка. Вадим Петрович, выбравшись из машины, сразу же закурил. Голубев подошел к нему и уж хотел было козырнуть, но тут же вспомнил, что не в форме, и рука, поднятая к голове, быстро опустилась.

– Рассказывай, полковник.

– Действуем по плану, – в руках Дмитрия Кимовича была черная рация с коротким отростком антенны.

– Давай в мою машину.

Полковник с генералом устроились на заднем сиденье. Водитель стоял неподалеку, готовый в любой момент заскочить в машину и выполнить приказ генерала.

– Первый, ты где?

– Прошел первые двадцать метров, – хрипло сквозь помехи прозвучал голос бойца группы «Омега».

– Почему такая хреновая слышимость? – возмутился генерал.

– Много поворотов, выступов, сигнал отражается, не доходит.

– Ретрансляторы на поворотах выставляйте, вас не слышно! – крикнул в микрофон генерал.

– Слушаюсь! – сквозь хрип прорвался голос.

– Двигаются. Там черт ногу сломит, – комментировал полковник.

У Вадима Петровича на коленях лежал план подземных коммуникаций, ведущих к бомбоубежищу. Он пытался пальцем найти место, где сейчас находятся бойцы группы «Омега». Это ему не удавалось, линий и подземных ходов было довольно много.

– Это приблизительно здесь, – перехватив взгляд генерала, полковник пальцем провел по гладкому листу.

– А вот это что? – спросил Елфимов.

– Это глубже, товарищ генерал.

– Понял, – Вадим Петрович опустил стекло, выглянул на улицу.

В небе над деревьями висела мутная ущербная луна.

В рации прозвучал встревоженный голос. Слышимость на этот раз была хорошей.

– Товарищ полковник, обнаружены следы рифленых подошв. Кто-то перед нами прошел по теплотрассе. Один человек шел.